Либералы занимали общественное положение, благоприятствующее их проектам «революции сверху.

Либералы занимали общественное положение, благоприятствующее их проектам «революции сверху». Все они пользовались большим влиянием при дворе. Например, архиепископ Фенелон все надежды возлагал на дофина, воспитывая герцога Бургундского как пламенного либерала. Но, как мы уже видели, все эти тщательно продуманные планы пошли прахом, когда в 1711 г. герцог заболел и умер, всего четыре года не дожив до смерти Людовика XIV. Спустя полвека доктор Кенэ, используя свое положение при дворе и на этот раз действуя через любовницу короля мадам де Помпадур, вновь попытался повлиять на правителя. Во Франции успех был лишь частичным. Как только Тюрго, разделявший с физиократами идеи свободного рынка, стал министром финансов и приступил к радикальным либеральным реформам, он немедленно наткнулся на противодействие глубоко укоренившихся интересов, представители которых добились его отставки всего лишь через два года после назначения. Вызывавшие гнев и раздражение реформы были отменены. Основные участники движения физиократов были изгнаны из страны королем Людовиком XVI, их журнал запрещен, маркизу Мирабо было велено прекратить его знаменитые вторничные семинары. Стратегия физиократов провалилась, причем провалу послужило нечто большее, чем капризы конкретного монарха. Даже если короля и можно убедить в том, что свобода способствует счастью и процветанию его подданных, его собственный интерес зачастую лежит в увеличении государственных поборов, а через них — королевского богатства и власти. Кроме того, монарх правит не один, а во главе группы бюрократов, знати, привилегированных монополистов и феодалов. Другими словами, он правит во главе могущественной элиты, или «правящего класса». Конечно, возможно, хотя едва ли вероятно, что король и правящий класс вдруг воспримут философию и политическую теорию, которые лишат их власти и отстранят от дел. Этого точно не произошло во Франции, так что после провала физиократов и Тюрго за дело принялась Французская революция. Несмотря ни на что, физиократы все-таки смогли повлиять на некоторых правителей, пусть и не во Франции. Их главным и усердным учеником среди сильных мира сего, к тому же вызывавшим наибольшую симпатию, был Карл Фридрих, маркграф герцогства Баден (1728—1811) в Германии. Под влиянием работ Мирабо он написал краткий трактат о физиократии, а затем попытался внедрить эту систему в своих землях. Маркграф внес в Германский Рейхстаг предложение о свободной торговле зерном, а в 1770 г. ввел единый налог в размере 20% сельскохозяйственного «чистого продукта» в трех баденских деревнях. Управлял экспериментом главный помошник маркграфа, немецкий физиократэнтузиаст Иоганн Август Шлетвайн (1731—1802), профессор экономики Гисенского университета. В двух деревнях эксперимент был вскоре 379 прекращен, хотя в Дитлингене продолжался до 1792 г.