Поэтому права собственности не являлись, во что верил даже Фома Аквинский.

Они поэтому выступили с осуждением идеи рациональной этики и, следовательно, естественного права. Однако в скором времени францисканцы, по крайней мере в вопросе теории прав, потерпели поражение. Папа Иоанн XXII, отвечая францисканцам, издал знаменитую буллу «Quia vir reprobus» («Quia vir reprobus», 1329). В ней безапелляционно утверждалось, что Божья власть над землей нашла свое отражение во владычестве человека и в его обладании материальными благами. Поэтому права собственности не являлись, во что верил даже Фома Аквинский, продуктом положительного права или общественного договора; они коренятся в природе человека, созданного в соответствии с божественным законом. Поэтому права собственности являются естественными и сосуществующими с деятельностью человека в материальном мире. В данном вопросе францисканцы оказались фактически разгромлены; теперь было установлено, как выразился Ричард Так, что «собственность является главным фактом человеческого существования, на котором основываются социальные и политические концепции»5. Если говорить о более строго экономических вопросах, то францисканцы также могли либо придерживаться, либо допускать отклонения от магистральной томистской концепции справедливой цены. Сам Скот придерживался уклонистских взглядов. В своем комментарии к «Сентенциям» Петра Ломбардского Скот разработал концепцию, которую разделяло меньшинство и которую многие историки ошибочно относят к схоластике в целом: что справедливая цена равна издержкам производства торговца плюс компенсации за усердие, труд и риск, связанный с доставкой его продукта на рынок. Кроме того, предполагалось, что компенсации обеспечат адекватное содержание семьи купца. Таким образом, формула «труд плюс издержки плюс риск», ранее применявшаяся для оправдания любой прибыли, которую купец мог получить, теперь превратилась в определитель справедливой цены. Скот превратил производственные издержки в теорию справедливой цены в противовес устоявшейся магистральной концепции схоластов, согласно которой справедливой ценой была общая рыночная цена. Даже будучи францисканцем, схоласт британского происхождения из Парижского университета Ричард из Миддлтона (1249—1306) следовал экономическому учению Фомы Аквинского и подчеркивал значение потребностей и полезности в определении экономической ценности. В соответствии с главной линией схоластов справедливая цена была эквивалентна общей рыночной цене, определявшейся этими потребностями. Ричард также отметил принципиально важную мысль Фомы Аквинского о том, что при обмене обе стороны получают выгоду. Выражаясь более точно, чем Аквинат, Ричард отметил, что, скажем, когда лошадь продается за деньги, тогда и покупатель, и продавец выигрывают.