Возрождая и развивая Аристотеля, Фома ввел в христианский мир и обосновал философию естественного права, философию.

Хотя Фома Аквинский едва ли имел какое-либо представление об экономическом росте или о накоплении капитала, очевидно, что он утверждал человека как активного преобразователя своей жизни. Вместо ушедшего пассивного древнегреческого идеала, приспосабливавшегося к данным условиям или к требованиям полиса. Возможно, наиболее значительным вкладом св. Фомы являются не его высказывания по строго экономическим вопросам, а то, что он заложил основу, каркас экономической теории. Возрождая и развивая Аристотеля, Фома ввел в христианский мир и обосновал философию естественного права, философию, согласно которой человеческий разум способен усвоить основные истины Вселенной. В руках Аквината, как ранее в руках Аристотеля, философия, используя разум в качестве инструмента познания, снова стала царицей наук. Человеческий разум доказал реальность Вселенной и естественного закона познаваемых классов сущностей. Человеческий разум способен познать природу этого мира, и поэтому может определить правильную этику для человечества. Таким образом, этика становится поддающейся расшифровке разумом. Это рационалистическая традиция идет вразрез с «фидеизмом» раннехристианской церкви, ослабляя идею о том, что только вера и сверхъестественное откровение есть источник человеческой этики. Ослабляет потому, что если вера утеряна, этика тоже исчезает. Томизм, напротив, показал, что законы природы, в том числе природы человеческой, обеспечивают человеческий разум средствами обнаружения рациональной этики. Безусловно, естественные законы Вселенной создал Бог, однако понимание этих законов природы возможно вне зависимости от того, верит кто-то в Бога-творца или нет. Таким образом, рациональная этика человека стала основываться на действительно научном, а не на сверхъестественном основании. В том разделе теории естественного закона, который касается прав, св. Фома от концепции права XII в., как требования к другим, вернулся к нерушимой сфере прав собственности, где господствует индивид, который должен быть защищен от всех остальных. В своей блестящей работе профессор Ричард Так отмечает, что для раннего римского права был характерен «активный» взгляд на права с точки зрения права собственности/господства, в то время как позднее, в XII в., романисты в Болонье перевели концепцию «права» в пассивный перечень требований к другим людям4. «Пассивная» концепция прав, в противоположность «активной», отражала сеть взаимопроникающих традиционных и статусных притязаний, характерных для Средневековья. Она в значительной мере является предком таких современных устоявшихся «прав-требований», как «право на труд», «право на трехразовое питание» и т.д., которые могут быть исполнены, только если принудить других людей их исполнять.