- Анна Юрьевна, вы мне поможете продать дачу? Это Светлана Афанасьевна, помните меня?»
Я помню всех, кто ко мне обращался по поводу недвижимости. Участок Светланы Афанасьевны находился в 100 км от МКАД, сразу за городом Боровск… Далеко. Но ее голос был такой несчастный, что я тут же прониклась желанием помочь.
Участок 40 соток с дорожками, выложенными брусчаткой под дерево, дивной красоты и размаха, примыкал к лесу. Дом из бревна отлично гармонировал с лесом, баней, и гаражом-навесом. Дом небольшой, 150 кв.м, но в него столько вложено: деревянная входная дверь с витражами, итальянская кухонная мебель с дорогой встроенной техникой, светильники Тиффани, медные краны. Объект был эксклюзивным во всех отношениях.
Такую недвижимость продать нелегко: с одной стороны - большой ухоженный прилесной участок и дом с дорогой мебелью. С другой – большая удаленность от МКАД. Надо было анализировать рынок, конкурентов и искать компромисс.
Светлана Афанасьевна настаивала на цене 20 млн рублей. Она вручила мне ключи от дома и началась продажа. От меня потребовалось всё моё красноречие и знания, чтобы объяснить покупателям, почему в таком удалении от Москвы бревенчатый дом стоит 20 млн рублей. Каждый выходной я проделывала путь в 200 км, проводила экскурсии, как в музее, рассказывала, с какими хлопотами заказывалась и устанавливалась вся эта мебель, сантехника и двери.
Покупатели приезжали большими семьями, совмещая просмотр дома с осмотром достопримечательностей Боровска. Они ожидали получить большую скидку, на которую хозяйка не была готова.
Однажды, приехав на показ, я увидела, что часть мебели в доме отсутствует.
«Светлана Афанасьевна, а где кожаный диван из гостиной? А деревянный письменный стол из кабинета? А кровати на втором этаже?»
Хозяйка забыла предупредить меня о том, что часть мебели она решила продать.
Дом померк и упростился. Без мебели он превратился в обычный бревенчатый дом на большом участке.
«Анна Юрьевна, я больше не буду ничего вывозить, обещаю! Давайте снизим цену, я уже готова продать дом поскорее, а то зима скоро».
Дело было несколько лет назад, и цена в 15 миллионов была ближе к ожиданиям рынка и к той цене, которую я рекомендовала в самом начале. Правда, зима-таки наступила, снег засыпал дорожки. Ничего, думала я, дом отапливается, есть летние фотографии участка. Справимся!
После снижения цены стали поступать звонки от «правильных» покупателей. Их вопросы стали предметными: какой газовый котел в бойлерной, сколько надо платить коттеджному поселку, все ли постройки оформлены, как можно добраться до ближайшего магазина.
Татьяна и Олег задали по телефону все возможные вопросы. Чувствовалось, что они посмотрели не один дом. «В ближайшую субботу мы приедем на осмотр» - они были настроены по-деловому.
«Дом нам нравится, мы готовы его купить за 12 миллионов» - категорично заявил Олег после моей экскурсии.
«На такую цену мы категорически не готовы!» – встала я грудью на защиту интересов Светланы Афанасьевны.
И тут раздался звонок. Человек спрашивал про этот дом. Я в присутствии покупателей особенно красочно описала мебель, технику, баню, участок и лес, на который я смотрю из окна дома. «Посмотреть завтра? Конечно, можно!»
Татьяна толкнула в бок Олега. Олег злился.
«Мы хотим обсудить условия сделки!» - выпалила Татьяна, когда я завершила разговор. Ну вот, другое дело – подумала я и стала рассказывать, как обычно проходит сделка.
Подготовка к сделке шла туго. Покупатели прислали мне письмо, в котором выдвигали свои требования. Я понимаю, что все хотят купить недвижимость без каких-либо рисков. Но требование посетить терапевта вместе с продавцом и удостовериться, что у неё нет инсульта или предынсультного состояния – даже на мой вкус — это слишком.
Это пожелание, как и множество других, я даже не стала озвучивать Светлане Афанасьевне: зачем нам недобрые отношения на сделке? Я приняла удар на себя, объяснила покупателям, почему их требования невыполнимы.
Через 2 недели сделка состоялась. Предстояла передача имущества. Вот здесь мне уже пришлось поругаться. Ведь Светлана Афанасьевна втихаря вывезла столик со стульями из бани и демонтировала итальянские унитазы.
