Многие удивляются: «Что?! У Станиславского была дочь?». О Кире нет даже статьи в википедии, хотя там написано о куда более никчемных людях.
Вообще у Станиславского было трое детей. Два сына, один – незаконнорожденный, «грех юности», и дочь Кира. Дочь законная и любимая, родилась в 1891 году.
Кира Алексеева.
Если кто забыл, настоящая фамилия Станиславского – Алексеев, знаменитая купеческая фамилия, влиятельная семья, его кузен был Московским головой, то есть, по сути, тогдашний собянин.
Но мы о Кире. Вроде сам бог вел девочку на сцену – с таким-то папой. И ясно, что ролями была бы обеспечена. И театр она любила.
Но сцена ее в юности не привлекала, Кира решила стать художницей. Занималась в студии Ильи Машкова и в 1916 году даже участвовала в выставке знаменитого объединения «Бубновый валет», где были все чуть ли не все звезды русского авангарда. Потом училась во ВХУТЕМАСе, но самое главное – она стала женой Роберта Фалька, великолепного художника. Который на радостях написал ее портрет – вот он тут, выше.
Их брак через год распался, зато у них родилась дочка, Кирилла. Она станет знаменитой переводчицей с французского. Фальк вскоре снова женился, но продолжал общаться со Станиславским, они друг к другу относились почти с нежностью, Фальк даже как-то пошутил, что женился на Кире из уважения к ее папе. (Есть версия, что именно Станиславский, его усилия, спасли Фалька от репрессий, когда того угораздило вернуться в СССР из Парижа в 1938 году. Художник-то далекий от соцреализма, какой-то «буржуазный формалист».)
А Кира Алексеева-Фальк больше замуж не вышла, художества вскоре забросила: наверно осознала, что особого таланта нет. Поучилась в оперно-драматической студии Станиславского и ее потом там оставили – преподавать художественное чтение. Скорей всего, из почтения к отцу. Наконец, в 1943 году она стала работать в доме-музее отца, в Леонтьевском переулке. И это уже была работа на всю жизнь. Тихая и спокойная. А прожила Кира долго, 86 лет. Отдала себя всю семье – во всех смыслах этого выражения. Была директором музея своего папы и занималась внуком, тоже Костей.
Кто-то из ее подруг вспоминал: в 1958 году открывалась небольшая выставка Фалька, незадолго до его смерти. Конечно, пригласили и Киру Константиновну. Подруга специально вызвала такси, волнуется: «Скорей, нас ждут!». Кира Константиновна отмахивается: «Не могу. Варю манную кашу для внука». – «Какую еще кашу? Выставка же!» – «Но я должна стоять и мешать, чтобы не было комков». – «Какие комки? Пусть кто-то другой мешает. Поедем уже!» – «Нет, кроме меня никто хорошо Костеньке не кашу не сварит».
Дочь Станиславского, кажется, нашла свою лучшую роль на склоне лет.
Алексей БЕЛЯКОВ