Почти месяц длился ремонт в квартире Маши. Девушка не переставала удивляться человеческой доброте, почти каждый день кто-нибудь что-то отдавал для ремонта. Часто это были остатки, но все пошло в дело.
В комнате обои скомбинировали, линолеум склеили. Парни нашли способ в интернете, резали линолеум на маленькие кусочки и заливали ацетоном, получался клей. Соединили несколько разных кусков, отданных разными людьми, как ни странно выглядело это не плохо: большей часть пол был скрыт под ковром и мебелью.
Как по волшебству появились мебель, шторы, люстра. В комнате поставили шкаф, кроватку для Алены и небольшой раскладной диван для Маши. Так же туда уместился еще и журнальный столик и не большой уголок остался свободным, чтобы было где поиграть Аленке.
Все вещи и мебель были разномастными, но при этом квартира не была похожа на лавку старьевщика, ребята смогли сочетать не сочетаемое и квартира получилась светлой и уютной. Конечно, было ясно что ремонт был максимально бюджетным, но это Машу не волновало, она радовалась переезду в свою квартиру.
Лидия Ивановна просила почаще ее навещать и приводить Аленку, она привязалась к девочке, как собственной внучке.
Первого декабря было новоселье, отметили очень скромно вчетвером: Маша, Лена, Саша и Артем. Посидели совсем не долго, ведь места мало, а Аленке нужно ложиться спать.
Семья Лены подарила Маше газовую плиту, хоть девушка и отказывалась.
Так же Машу навестили в разное время все новые и старые знакомые: тетя Женя, Ирина, с которой она лежала в больнице, Нина Федоровна, все они несли с собой посуду, текстиль и подарки для Алены.
Тетя Женя привезла свою старую швейную машинку:
- Возьмешь? - спросила она, - помнишь, я тебя учила шить на ней, маленькая, правда, ты еще была, но тебе так нравилось.
Маша помнила, как она любила приходить к соседке у которой было тепло и спокойно, не то что дома. Женщина часто шила и разрешала девочке покрутить ручку машинки, а когда она стала постарше, то давала попробовать шить самой, попутно объясняя, что нужно быть аккуратной, чтобы не попасть иголкой по пальцу.
- А вам она разве не нужна, вы же шьете? - поинтересовалась Маша.
- А мне дети электрическую подарили, лет пять уж эта без дела стоит. Да и редко я теперь шью, плоховато видеть стала. Если не нужна, ты скажи, я не обижусь, а то будет только место занимать.
- Нет-нет, оставьте, я попробую. В школе шили не много, может хоть что-нибудь не сложное получится.
Проводив гостью Маша стала искать на чем бы потренироваться. Вещей было много, так много сколько у нее еще никогда не было. Лена говорила ей выбирать только то, что нравится, а остальное выбрасывать, но девушке было жаль нести на помойку хорошие вещи, даже те, что не подходили ей по размеру.
В тот день она так и не решилась разрезать ни одну вещь, но на следующий все-таки не удержалась и пустила в дело футболку, которая была маловата, даже худенькой Маше. Долго девушка мучилась, чтобы строчка стала ровной, но в конце концов футболка превратилась в два полотенчика.
С того дня девушка загорелась шитьем. Не все и не сразу у нее получалось идеально, но теперь ей отдавали и отрезки ткани и одежду, которую было стыдно подарить, а на переделку вполне пойдет.
Каждый вечер, пока Аленка играла, Маша старалась найти хоть часок для своего нового увлечения. Впервые ей чего то хотелось, она ждала вечера, а днем в ее голове крутились идеи, как раскроить, какую ткань с какой сочетать. На полочке росла стопка разноцветных прихваток и натабуретниц, первые были кривенькие и простенькие, но каждая следующая была лучше предыдущей.
Девушка думала уместно ли будет подарить свое творение, ведь таким уже и не пользуются.
Приближался Новый год.