Есть ли у Вас дрова? Можете ли готовить дома?
Кормят ли Вас?»
Только отправил эту записку и почти сразу пишет новую:
«Тов. Инесса!
Звонил к Вам, чтобы узнать номер калош для Вас. Надеюсь достать.
Был ли доктор?»
Озабоченный ее здоровьем, он постоянно думает о ней:
«Дорогой друг!
После понижения температуры необходимо выждать несколько дней.
Иначе — воспаление легких.
Испанка теперь свирепая.
Пишите, присылают ли продукты?»
После Октябрьской революции Инессе Арманд нашли место в системе новой власти. Поручили провести I Всероссийский съезд работниц и крестьянок. Специально для нее в аппарате ЦК партии образовали отдел по работе среди женщин. Арманд подозревали в скрытом всевластии. На съезде Советов один из левых эсеров сказал:
— У императора Николая был злой гений — его жена Алиса Гессенская. Вероятно, и у Ленина есть также свой гений.
За это высказывание левого эсера немедленно лишили слова, усмотрев в его словах оскорбление председателя Совета народных комиссаров.
Ненавидевший большевиков профессор Юрий Готье записал в дневнике, как оказался на заседании коллегии наркомата: «Присутствовала Крупская-Ульянова-Ленина, без пяти минут русская императрица; я не ожидал видеть ее такой, какая она есть — старая, страшная, с глупым лицом тупой фанатички, причем ее уродство подчеркивается ясно выраженной базедовой болезнью».
Слова глубоко несправедливые. Серьезная болезнь — не повод для насмешек.
«Сидели на большом совещании, — вспоминала помощница Крупской, — и вдруг она говорит:
— Выведите меня, я потеряла зрение.
Под руку вывела ее в другую комнату. Сильно испугавшись, что она ослепла, хотела звонить Владимиру Ильичу, но она не разрешила. К счастью, потеря зрения оказалась временной, продолжалась часа полтора, врач объяснил это истощением организма».
Внезапная слепота — лишь одно из последствий ее недуга. Другие — слабость, одышка, тахикардия, повышенное давление, хроническая сердечная недостаточность. И на роль императрицы первая леди советской власти вовсе не претендовала. Всегда держалась в тени великого мужа и оставалась скромным человеком.
Луиза Брайант, жена летописца революционных дней американского журналиста Джона Рида, сама написала книгу «Шесть красных месяцев в России». Она запечатлела облик Крупской: «…черное платье, бледное лицо и белые без колец руки».