Как-то собиралась в гости к другу в Болгарию и, чтобы не выглядеть абсолютной невеждой, учила болгарский (благо, язык родственный и интуитивно понятный), а также изучала болгарские реалии. И открыла для себя такое любопытное явление, как чалга (ударение на первый слог).
Отношение большинства болгар к чалге характеризует анекдот: «Художник Ван Гог отрезал себе ухо. Это неоспоримое доказательство того, что радио «Веселина» существовало ещё тогда».
Попса? Не совсем. Сами болгары официально именуют чалгу «попфолк» или «этнопоп», так что это скорее местный аналог Кадышевой. Но, в отличие от нашего «Золотого кольца» и… я даже не могу припомнить другие отечественные примеры, в Болгарии это явление было гораздо более масштабным и разношёрстным. Были исполнители как с уклоном в «фолк» (пример - Бинка Добрева), так и с уклоном в «поп» (пример – Коста Марков). Пик популярности чалги, как и нашей низкопробной попсы, пришёлся на 90-е.
Само название происходит от турецкого слова «çalgı» – музыкальный инструмент – которое в свою очередь восходит к арабскому «шалга». Первоначально чалгой назвалась музыка национального болгарского возрождения, то есть, жанр восходит ещё к XIX веку, когда Болгария освободилась от гнёта Османской империи. Этот период характерен ростом национального самосознания болгар, в том числе в музыке. На смену традиционным волынкам и флейтам пришли скрипки и кларнеты, а вместо крестьян музыку начали исполнять городские цыгане, для которых это была профессиональная деятельность. С приходом социализма в Болгарию, жанр был отвергнут, как упаднический, а в 80-е и 90-е годы возродился в виде привычной современным болгарам развесистой клюквы.
Чалга 80-х – 90-х сочетает в себе болгарские, турецкие, греческие и цыганские мотивы, втиснутые в повторяющийся прилипчивый поп-формат. Схожее явление в Сербии и Хорватии – турбофолк. Нормальные люди его не любят за то, что попса, взывающая к низменным инстинктам, а местные националисты за то, что в нём есть турецкие заимствования.
Болгарский попфолк, как я уже говорила, может быть подчёркнуто народным, как в исполнении Бинки Добревой, а может выглядеть и звучать более современно. Но чалга прежде всего ассоциируется с кричащими безвкусными нарядами а-ля «дорого-богато», ярким макияжем у женщин и здоровенными золотыми цепями у мужчин. Содержание и исполнение песен напоминает русскому человеку Киркорова – те же турецкие завихрения в музыке и пошловатая лирика.
Примечательно, что именно из чалги вышел и Азис, в нулевые годы ставший героем мемов рунета как томный, манерный фрик.
Но, как и всё что угодно, чалгу со временем начал окутывать ореол ностальгии. На болгарских развлекательных сайтах и на ютубе то и дело появляются подборки «золотых чалга-хитов» и популярных в своё время исполнителей. Наверное, можно сравнить с явлением, когда современные русские люди, кому за 30, с теплотой вспоминают, как они отрывались на лагерной дискотеке под «Руки вверх». Да и что говорить – в этом жанре попадались и неплохие для попсы песни. Тот же Коста Марков вполне слушабелен. А песня «Искаш ли дъвка?» («Хочешь жвачку?») вообще учит хорошему – курить вредно, лучше жевать жвачку.
Как и любая поп-музыка, болгарский этнопоп не канул в Лету, а трансформировался в соответствии с модными веяниями. Но именно ретро-чалга вызывает ностальгическое умиление.