Посвящаю загадочному существу (может, даже инопланетянину) Раптору Семёновичу Годзилло-Городзилову. Этого хрен Семёныча никто никогда не видел, не слышал, не трогал, не щупал и не нюхал, а известно о нём лишь одно: очень любит ливерную колбасу, пельмени «Гвардейские» и водку «Столичную». Да что любит? Обожает! Эпиграф: Анализ мочи — на стол мечи!
(Из записных книжек Ильи Ильфа) Я сижу под ёлкой.
Я сижу у палки.
На ногах— галоши,
А в руках — скакалки. Я ж скакАю часто
И скакАю много.
На душе — ненастье,
На лице — тревога. Строгий и железный,
Беспримерный прямо.
Он — фанат давниший
Общества «Динамо»…
Посвящаю загадочному существу (может, даже инопланетянину) Раптору Семёновичу Годзилло-Городзилову. Этого хрен Семёныча никто никогда не видел, не слышал, не трогал, не щупал и не нюхал, а известно о нём лишь одно: очень любит ливерную колбасу, пельмени «Гвардейские» и водку «Столичную». Да что любит? Обожает!
Эпиграф:
Анализ мочи — на стол мечи!
(Из записных книжек Ильи Ильфа)
Я сижу под ёлкой.
Я сижу у палки.
На ногах— галоши,
А в руках — скакалки.
Я ж скакАю часто
И скакАю много.
На душе — ненастье,
На лице — тревога.
Строгий и железный,
Беспримерный прямо.
Он — фанат давниший
Общества «Динамо»…