– Так сама же сказала, что мы издалека, – резонно возразил я.Водяница прижала руки к щекам: – Но ведь про нее везде знают! Вол

– Так сама же сказала, что мы издалека, – резонно возразил я.

Водяница прижала руки к щекам:

– Но ведь про нее везде знают!

Волколак покосился на меня, но я дал знак, что потом расскажу. Что-то беседа мне не нравилась

больше и больше. То ли голову специально морочит, то ли глупа до ужаса.

– Ты нам скажи лучше, до деревни долго идти?

Я знал, что не так уж и долго. Только вот если тут чарами какими заморочено, то лучше бы узнать

сразу. Даже если правду не скажет, хоть что-то узнаем. Однако водяница, вопреки подозрениям,

только вздохнула:

– Вот так всегда. Только встретишь красивых молодцев, так сразу им в деревню надо.

Волколак издал какой-то маловразумительный звук. Да уж, и впрямь одичала водяничка-то. Я на

красивого молодца еще туда-сюда, хотя первым парнем на Межанске никогда не был, но лохматое

зубастое чудище рядом со мной?

– Вы идите прямо и прямо. – Она махнула рукой в нужном направлении. – А как наткнетесь на

синюю сосну, так поворачивайте направо и снова прямо. Там и придете к деревне.

– Синюю? – уточнил я.

– Ну да, – пожала плечами водяница. – Когда-то прежний хозяин Горе-горы, которого зачаровала

Ткачиха, ходил к нам сюда. У сосны все с девушкой из деревни встречался. Ну и миловались они

там, как это у людей бывает. А чтоб его желанная место встречи находила быстро, он сосну

особыми чарами окутал и придал ее иголкам синеватый цвет.

– Поняли, – кивнул я.

Волколак за моей спиной только фыркнул. Ну да, их брат обычно на такие нежности не идет. Еще

чего, это все человеческие штучки.

Водяница улыбнулась.

– Чем нам тебя отблагодарить? – поинтересовался я.