– Откуда бы? – задал вопрос, не особо надеясь на ответ.Истинное зрение свернулось, давая понять, что не желает участвовать во вс

– Откуда бы? – задал вопрос, не особо надеясь на ответ.

Истинное зрение свернулось, давая понять, что не желает участвовать во всем этом безобразии.

– Не сверху, – протянул волколак. – Они там таким не балуются. Человеческие чудесники да

колдовки по-другому работают.

Вижу, что по-другому. Только вот от этого не легче. Надо бы хоть пробу плоти взять да дома

попробовать разобраться.

– Нет, ну в моей харчевне, а! – бурчал рядом Кривсун. – Загадили, как хотели! Это ж кому в голову

пришло такую свору выпустить?

– Да не свора это, – мрачно возразил я.

Рука снова заныла, я поморщился. Так, пора уже уходить, и без того задержался. Очень надеюсь,

что не сработает добрый умрунский обычай: покойники помирают да восстают снова.

Я протянул руку, которую тут же обволокло тьмой, а ногти вытянулись, превратившись в цепкие

когти. Отсек кусочек плоти недоволка, завернул в поданное Маржичкой полотно и сунул в карман.

Подумал и на всякий случай припорошил заклятием заморозки. Так уж точно сохраннее будет.

– Ну, спасибо за прием, – отрешенно сказал и поднялся на ноги.

– Да и мы пойдем. – Волколак огляделся в поисках своих товарищей.

Однако тех как ветром сдуло. Ну и верно, нечего тут сидеть: того и гляди еще кого нелегкая

принесет.

– Идите уж, – буркнул Кривсун. – Мне тут теперь работы по горло. Маржичка, где у нас телега?

Сейчас выгружать будем!

– Идем, – хмыкнул волколак и подмигнул мне.

Я покачал головой, но задерживаться не стал. Не хватало еще, чтобы припахали к уборке. Это дело

во имя чужого блага я как-то не очень одобряю.

Но стоило только сделать шаг за порог, как воздух исчез из легких, виски страшно сдавило, а перед

глазами все заполонила непроглядная тьма.