Не зря кинематограф называют одним из эффективнейших средств воздействия на массовое сознание. Секрет прост – в фильмах люди видят тех, кому хотят подражать (чьему образу жизни следовать), кого тихо или явно ненавидят, то есть некий антипод кумира, а также впитывают в себя мысли, поданные создателями картины. В наше время кино, конечно, включает в себя некий элемент пропаганды, но у нас оно имеет больше коммерческую основу. В СССР же это искусство стало чуть ли не главным идеологическим инструментом.
Жизнь, борьба, идеал
В качестве первого примера возьмем не дошедший до наших дней фильм «Комета», снятый в 1929 году.
С одной стороны, в немой ленте прослеживается любовная линия, романтика, светлые чувства. С другой стороны, происходит это все на фоне капиталистического дореволюционного угнетения татарского национального меньшинства одними из главных «врагов»:
- представителями духовенства;
- купечеством.
Люди смотрели, впечатлялись, фиксировали себе образ «врага». Теперь представьте, что таких фильмов десятки, и люди смотрят их массово – кинематограф был в 20-30-е гг. одним из ключевых развлечений.
В 30-е годы началось продвижение через кино образа вождя народов, то есть Сталина. Например, фильм «Первоклассница» 1948 года.
Картина добрая, поучительная, до сих пор смотрится с интересом и сопереживанием главной героине. Только вот в кадре нет-нет, да и мелькнет портретик Иосифа Виссарионовича. Казалось бы, мелочь, но образ этот продвигался в кино уже не первое десятилетие. Смысл в том, что зритель видел в фильмах обычную жизнь в чуть ли не идеальном варианте, но постоянно наблюдал:
- вождей;
- лозунги;
- ценности, установленные партией.
Если смотреть такие киноленты постоянно, то сознание волей или не волей начинало строить ориентиры, угодные Партии и марксизму-ленинизму как таковому.
Труд, война и негодяи
Коммунистическая идеология без врагов немыслима. Главное – правильно показать их в кино, чтобы вызвать у зрителей нужные эмоции. Например, военные фильмы, снятые еще во время ВОВ и несколькими годами позже, изображали фрицев, как недалеких пузатиков, туповатых, слабых. Пока шли бои, подобные фильмы и принижали противника, и заряжали советских людей моральным духом. Потом дело пошло по инерции, а начиная с 60-х годов, немецко-фашистских захватчиков в фильмах начали показывать такими, какими они были в реальности:
- опытными бойцами;
- хитрыми;
- жестокими.
Пропаганда в этом случае работала так – «посмотрите, какого врага мы победили, слава Советскому Народу!»
По аналогии строилась пропагандистская работа в фильмах революционных, в которых изображались «белые». Их ведь почти никогда не выставляли, извините, придурками, чаще всего противников показывали интеллигентными и опрятными людьми («Неуловимые мстители», как вариант). В первые советские годы такой образ был нелицеприятным и тут все понятно, а к тем же 60-м логика стала такая же, как и в случае с гитлеровцами – «враг сильный и организованный, а мы его сломили»!
При этом, в военных фильмах постоянно демонстрировался героизм наших бойцов. Разумеется, он был в реальности и ни в чуть не меньших масштабах, чем на экране, только вот в кино это показывалось исключительно как жертва за свой народ и никакого индивидуализма и личного желания выжить в бойне.
Вишенка на торте – трудовая пропаганда. Понятно, что работать нужно, но посмотрите, как это показано в фильмах:
- люди упиваются тяжким физическим трудом;
- все, что они делают – на благо как своего ближайшего окружения (в рамках колхоза), так и всей страны в целом;
- совершенно не думают о личных выгодах;
- все вокруг светло и счастливо, проблемы если какие и возникают, то мелкие, и решаются они прямо на месте силами главного героя без особого напряжения – этакие колхозно-заводские супермены.
Конечно, все это было конкретно идеализировано, картина трудовой жизни советского народа была показана с преувеличением, слишком уж «бело». Примеры – «Трактористы» с Николаем Крючковым и легендарные «Кубанские казаки».
Но не нужно думать, что люди в СССР не мыслили и не понимали смысл, заложенный в такие картины. Граждане осознавали, что им показывают образ идеальный, но достижимый – тот, к которому нужно стремиться. И стремились!