Я понимаю Максима Кантора. Он художник, писатель, историк искусства и эссеист. И, казалось бы, не ему так ляпнуть: «Невозможно славить казарму как идеал человеческой истории (подобно Малевичу) и не быть самому лично воплощением солдафона» (https://profilib.org/chtenie/148753/maksim-kantor-chertopolokh-filosofiya-zhivopisi-60.php). Но. Я по себе знаю… Ну в лоб иногда не видишь следов подсознательного идеала в «тексте» произведения неприкладного искусства, и… ошибаешься насчёт того, что хотел сказать автор. Бросаются, понимаешь, в глаза какие-то элементы «текста» (а другие как бы прячутся, их не видишь) и прямо заставляют тебя вернуться в детство и думать, как тогда: что написано буквами, то и хотел автор сказать. Вот мне досконально известен один текст Малевича (см. тут). Он называется «Декларация I». Могу я думать, что это что-то политическое и велящее? – Да. – Есть ассоциация с казармой? – Да. – Да ещё если там 5 раз повторены слова: «да будет». – Конечно. А как в какую-то униформу од