Так вот, для таких локальных операций против заведомо слабейшегопротивника "Мурманск" со своей ствольной артиллерией.

Так вот, для таких локальных операций против заведомо слабейшего противника "Мурманск" со своей ствольной артиллерией и приличным бронированием, вполне способным, как оказалось, уверенно защищать корабль от огня той мелочи, которой располагала нигерийская пародия на флот, оказался совсем неплох. Другое дело, что он был способен работать только в составе эскадры - его ПВО было представлено только тридцатимиллиметровыми шестиствольными универсалками, больше предназначенными для работы по надводным кораблям, чем по самолетам, да имеющимися на корабле ПЗРК. Разумеется, этого было абсолютно недостаточно для противодействия авиации даже такого слабого противника, как зарвавшиеся и возомнившие о себе невесть что негры. Ну да когда тебя прикрывают эсминцы, а с неба барражируют истребители с авианосца, это недостатком не является. Вот такой интересный корабль достался под командование Плотникову. Сам бравый каперанг, правда, сильно подозревал, что на "Мурманске" проверяется не столько концепция современного артиллерийского корабля, сколько концепция корабля-арсенала с высокой степенью автоматизации. Что-то подобное, правда, в ракетном исполнении, пытались родить в конце двадцатого века американцы, но не срослось - и дорого слишком было, и военно-политическая ситуация тогда резко поменялась. А вот русские как минимум один подобный корабль построили - экипаж "Мурманска" составлял всего шестьдесят четыре человека, причем все были офицерами. Такой состав экипажа, кстати, уже продемонстрировал кое-какие недостатки, потому что даже для того, чтобы содержать корабль в порядке, требуется значительно больше народу. В это число не входили два пилота универсального военно-транспортного вертолета Ка-64, ангар которого, прикрытый стомиллиметровой гетерогенной броней, располагался нестандартно, довольно близко к центру корабля, перед кормовой башней. Ну и еще непонятно зачем на корабле располагались два десятка морских пехотинцев, хотя на них, как минимум, можно было свалить часть рутинной работы. Морпехи, кстати, не жаловались - понимали, что к чему. Зато автономность корабля была великолепной - компактный ядерный реактор последнего поколения, заключенный в сверхпрочную бронекапсулу, был рассчитан не менее чем на двадцать лет непрерывной работы без замены топливных стержней, что давало кораблю поистине неограниченный запас хода. Результаты испытаний признали удовлетворительными, правда, с некоторыми оговорками, после чего корабль загнали в док, где поменяли ему стволы орудий, хотя, по идее, они могли расстрелять без особых проблем еще пару боекомплектов, а так же провели модернизацию, в первую очередь коснувшуюся электронной начинки. Плотников только головой покрутил - это надо же, корабль еще только-только в строй вошел, а его уже модернизируют, причем, что называется, на коленке. Впрочем, техника новая, экспериментальная, и не такие казусы возможны. Пока суд да дело, Плотников отправился на пару дней домой, во Владик, благо корабль и без него в это время мог обойтись. Ну а там… В общем, лучше бы не ездил, Очень неприятно, приехав домой без предупреждения, обнаружить в прихожей сапоги сорок пятого размера, но, как оказалось, еще неприятнее, если просто на столе будет записка "прощай, ухожу, и т.д., и т.п." Зарегистрированы они не были, так что любимая женщина просто собрала вещи и исчезла из его жизни. С одной стороны, понять ее можно, зачем нужен мужчина, который почти никогда не бывает дома? А с другой, нехорошо как-то получилось. Оставалось только закрыть дверь вдруг ставшей пустой квартиры и вернуться на корабль, где еще неделю загружать себя работой так, чтобы не оставалось времени на ненужные мысли. И, как финал, не успел "Мурманск" отшвартоваться у причальной стенки, а Плотникова уже вызвали в штаб и, вручив пакет, который положено было вскрыть не ранее определенного срока, направили… в Чемульпо.