В Кирове в следственный отдел СУ СК РФ поступило заявление о совершении неправомерных действий сотрудницей УМВД России. Заявитель сообщал о том, что следователь фактически принуждает свидетеля к даче определенных показаний по уголовному делу. Запись их разговора была отправлена на комплексную фоноскопическую и лингвистическую судебную экспертизу.
В январе 2020 года Станислав Сидоров (фамилии изменены), проходивший свидетелем по уголовному делу, заявил о совершении неправомерных действий сотрудницей УМВД России по Кирову Елизаветой Гриневой, которая принуждала владельца сети кофеен Александра Лысова к даче определенных показаний в рамках следствия. По словам заявителя, Гринева угрожала привлечь бизнесмена к уголовной ответственности. Фонограмма их разговора была отправлена на комплексную фоноскопическую и лингвистическую судебную экспертизу.
Как следует из разговора, Александр Лысов является свидетелем по делу об обналичивании денежных средств. Разговор со следователем был записан во время допроса свидетеля в отделении полиции. Гринева говорит Лысову, что, если он и дальше будет отпираться и путаться в показаниях, статус «свидетель» может легко смениться на статус «подозреваемый», и из стен отделения полиции он больше не выйдет. Тем более, что факт противозаконных действий его знакомого уже доказан. Лысов говорит, что он сам пострадавший, поскольку отдал тому 10 млн руб. на какое-то дело, а 6,5 млн руб. из этих денег - кредитные. В ходе допроса Гринева неоднократно указывает на противоречия в показаниях свидетеля и несоответствие этих показаний следственным материалам. Но, по словам следователя, у Лысова есть возможность сообщить «другую информацию».
Согласно заключению экспертизы, в речи следователя Гриневой не содержится указаний на конкретные действия, которые нужно совершить, чтобы избежать ухудшения своего положения. Не указывается, что именно и как именно свидетель должен сказать, какие именно дать показания. Гринева предлагает ему самому принять решение. Лингвистические признаки явной или скрытой угрозы в анализируемом тексте отсутствуют.
С учетом выводов экспертизы, в возбуждении уголовного дела по ч.1 ст.302 УК РФ в отношении следователя было отказано. Однако Станислав Сидоров обратился за рецензией комплексного фоноскопического и лингвистического экспертного заключения.
Как выяснилось, копии документов на право самостоятельного производства экспертиз – свидетельств или сертификатов соответствия – в экспертизе отсутствуют. Следовательно, специалисты не имели права выполнять экспертизу и давать заключение.
В числе методов, применявшихся при выполнении лингвистической экспертизы, указан «коммуникативно-прагматический анализ». Но данный метод отнесен к неприменимым в лингвистической экспертизе. В то же время действенные, важные и надежные методы не указаны без каких-либо объяснений и обоснований.
Рецензенты проанализировали печатный текст фоноскопической записи. Их внимание привлекла фраза: «Соответственно, я вам в понедельник предъявляю постановление о возбуждении в отношении вас уголовного дела, допрашиваю вас в качестве подозреваемого, тут же предъявляю обвинение и уведомляю об окончании следственного действия». Из этого явно следует, что Гринева не просто предупреждает Лысова. Она не выдвигает предположение, а имеет реальную возможность сделать так, чтобы для Лысова наступило негативное событие. У воспринимающего угрозу свидетеля имелись основания для опасений, при этом неважно – намеревалась ли Гринева исполнить свою угрозу или нет. Следователь использует это как способ заставить свидетеля перестать настаивать на своих показаниях. Таким образом, есть все признаки и доказательства угрозы со стороны Гриневой в адрес Лысова.
Вполне очевидно, что фразой: «Так вот, если вы будете настаивать на своих вот этих вот показаниях, вы поедете у меня туда же», – следователь на самом деле указывает, что именно должен сделать свидетель: отказаться от своих показаний.
По мнению рецензентов, в экспертизе имеют место нарушение логики исследования, подмена понятий и ошибки, относящиеся к области лингвистики, а также противоречия, ложная информация, уловки и необоснованные выводы. Все это характеризует экспертизу как неполновесную, недостаточно обоснованную, не имеющую достаточной научной базы. Поэтому заключение следует признать ошибочным и назначить повторную комплексную лингвистическую и фоноскопическую экспертизу.