Мой вяз – раскидистый ворчун – Спросил меня под эту осень: Чего для жизни я хочу? Чего душа, как хлеба просит? Под взгляды ветреных берёз, В таинственном вечернем свете, И, трезвый от холодных рос, Я не нашелся, что ответить? Не в том же дело, что теперь Почаще бьёт кнутом возница. И жизнь – распахнутая дверь – Другим торопится открыться. Не в том, что цели и слова Нашли известные пределы. И, что седая голова К загадкам детским охладела. Но горько мне из этих лет, Что зло в себе не ненавижу. В дом Божий затерялся след, А больше…ничего не вижу.
Мой вяз – раскидистый ворчун –
Спросил меня под эту осень:
Чего для жизни я хочу?
Чего душа, как хлеба просит?
Под взгляды ветреных берёз,
В таинственном вечернем свете,
И, трезвый от холодных рос,
Я не нашелся, что ответить?
Не в том же дело, что теперь
Почаще бьёт кнутом возница.
И жизнь – распахнутая дверь –
Другим торопится открыться.
Не в том, что цели и слова
Нашли известные пределы.
И, что седая голова
К загадкам детским охладела.
Но горько мне из этих лет,
Что зло в себе не ненавижу.
В дом Божий затерялся след,
А больше…ничего не вижу.