Если вы смотрели "Чарли и шоколадную фабрику", то, вероятно, помните слова Вилли Вонки: "все, что есть в этом цехе, съедобно. Даже я съедобен, но это называется каннибализм, и не приветствуется в большинстве обществ". Итак, к 20 веку люди более-менее договорились, что есть друг друга - это плохо. Однако, в некоторых затерянных уголках планеты каннибализм ещё сохранялся. И именно в процессе изучения изолированных племён было выяснено, что жрать людей не только плохо с моральной точки зрения, но и вредно для здоровья. На примере так называемых "добрых каннибалов" — племени форе из Папуа Новой Гвинеи — было описано смертельное заболевание, относящееся к группе прионных инфекций, и оно было непосредственно связано с поеданием людьми себе подобных. Правда, для выявления причин жуткого заболевания потребовался целый медицинский детектив. Впрочем, обо всем по порядку.
Пятидесятые годы 20 века. В высокогорных районах проживает так называемое племя форе. Выращивают ямс, разводят свиней. А ещё — заболевают зловещей болезнью, которая неизменно приводит к летальному исходу. Начинается болезнь с того, что у человека появляется головокружение и слабость, походка становится шаткой. Ещё через некоторое время его начинает бить дрожь. Болезнь прогрессирует, и вот человек уже не может ходить. Сидеть он пока еще способен, у него дрожат руки, ноги и голова. Эта дрожь прекращается лишь на время сна. Потом несчастный больной начинает неконтролируемо смеяться, а лицо искажает улыбка, сходная с сардонической улыбкой при столбняке. Наконец, развивается грубая деменция. Связно говорить человек тоже уже не может — и вот, наконец, он умирает.
Священники христианской миссии, оказавшись в племени форе, были шокированы. Вот как один из них описывал девочку, страдавшую этой болезнью: «Она сильно дрожала, а голова её спазматически покачивалась из стороны в сторону. Мне сказали, что она жертва колдовства и что эта дрожь будет продолжаться вплоть до самой её смерти. До самой смерти она не сможет есть. Через несколько недель она должна погибнуть». Местные жители считали, что этот недуг насылают колдуны, и называли его "куру", то есть " порча, сглаз". Миссионеры в злое колдовство, конечно, не поверили. Заболевания, между тем, принимало катастрофические масштабы — четверть всех женщин племени форе была им поражена. Да, страдали куру, по большей части, женщины и дети.
На остров был командирован доктор Карлтон Гайдушек, врач-инфекционист. Гайдушек был честолюбивым молодым ученым и хотел докопаться до причины "порчи". Австралийский департамент здравоохранения выделил деньги на исследования, Гайдушек добавил из своих сбережений и открыл клинику. Там он лечил аборигенов от сифилиса и дизентерии. Туземцы прониклись к доктору уважением и разрешили даже вскрывать своих мертвецов. Гайдушек, на основании наблюдений, решил, что при куру поражается головной мозг больного. Вскрытие его гипотезу подтвердило: у больных происходит дегенерация нервной ткани, мозг превращается в губчатую массу. Доктор предположил, что причиной является инфекция — но выделить возбудителя не удавалось. И даже отсылаемые на "большую землю" образцы тканей не сразу дали ответ. Там потребовалось задействовать не только невролога из Национального института нервных болезней, но и ветеринаров, которые выявили сходство с изменениями мозга у скота при болезни скрепи, или так называемой почесухе овец.
Клиническая картина скрепи напоминала куру — у заболевших животных развивалась шаткость походки, дрожь конечностей, наконец, паралич, и смерть. Ученые, изучавшие скрепи, ввели ткани мозга от больной овцы к здоровой. У той развились аналогичные симптомы, но только спустя год. Исследователи предположили, что, возможно, Гайдушек имеет дело с подобного рода инфекционным заболеванием, развивающимся крайне медленно. Чтобы подтвердить гипотезу, Гайдушеку рекомендовали ввести экстракт мозга человека, умершего от куру, шимпанзе. И обезьяны действительно заболели — правда, по прошествии двух лет.
Продвинуться дальше ему помогли антропологи, прибывшие изучать племя форе. Как мы помним, форе называли "добрыми каннибалами". Они никого не убивали, чтобы съесть, однако у них был ритуал поедания мертвецов - для "унаследования" положительных качеств умершего. Мужчинам доставалась мышечная ткань, тогда как женщинам и детям доставались внутренние органы и мозг. В 1959 году власти запретили каннибализм. После этого случаи выявления куру пошли на спад, но не прекратились окончательно. Антрополог Ширли Гласс смогла подружиться с женщинами племени, которые и признались, что мертвецов все равно тайком едят даже после запрета. "Дрожь" поражает тех, кому достается именно мозг. Гайдушек понял, что заражение происходит не через желудок — касаясь заражённого мозга, женщины, неприученные мыть руки, чесались, трогали царапины, укусы насекомых и т. д. Наконец, паззл сложился.
Гайдушек предположил, что болезнь вызывает некая патогенная частица, которую невозможно увидеть в микроскоп. Более того, скрейпи и коровье бешенство вызывают сходные возбудители. Данная патогенная частица будет выделена в 1982 году и получит название "прион". Гайдушек получит за своё открытие Нобелевскую премию. Племя форе окончательно перестанет поедать мертвецов, однако единичные случаи выявления куру буду встречаться и через 30, и даже через 50 лет (да, такой долгий инкубационный период).
Такая вот история.
Автор - Алина Говенько