Девушке очень парень понравился. С первого взгляда. Когда они стали общаться, то она сразу почувствовала притяжение – к нему. Ей казалось, что вместе с ним к ней пришла полнота жизни, приятная и волнующая. И столь необходимая, желанная.
С ним – хорошо. Расстанутся – плохо. Хоть волком вой. Там еще глаза удивительные – черные и необыкновенно глубокие. Погружаешься в них – и выбираться в тоскливую действительность не хочется.
У него и голос необыкновенный. Например, спросит: «Тебе не холодно»? И она счастлива. Не от вопроса, а от интонации заботы и какой-то немного спрятанной ласки.
Необыкновенное счастье, когда о тебе заботятся.
Слушать его, тонуть в его глазах. Вздрагивать от прикосновения его руки. Как-то он поправил капюшон на ее голове. И она чуть не умерла – от восторга. Рука прошлась по капюшону – легко и заботливо.
Они никогда не ощущала раньше такой необыкновенной радости.
Как жить? С одной стороны – счастье – что он есть. С другой – страх, что не любит. От этого тяжело жить. Понимаете, счастья хочется. Чувствовать его руку и плавать в его глазах.
Влюбилась, короче говоря. Если он вдруг предложит ей институт бросить, или от родителей уйти - сделает, не задумываясь. Бросит, уйдет. И за счастье почтет.
С ним жить, только с ним. И не надо ни родителей, ни родного дома, ни института. Только с ним.
Встречались, гуляли. Он ее провожал. И она не знала, где живет он. Как-то спросила – он ответил. Она расслышала номер дома и улицу. Но плохо разобрала квартиру. Переспросить не решилась.
Зачем спросила? Подумала: вдруг от любви умирать буду. Сорвусь и полечу. Без звонка – приду. Позвоню в дверь. Потому что безумно хочется увидеть вспышку счастья в его глазах: «Остановись, мгновенье, ты прекрасно».
Пусть не он откроет, а его мама. Это все равно. Он же все равно выйдет из комнаты – и она увидит вспышку счастья.
И вот этот момент настал. Наверное, он всегда был. Момент, когда она от любви помирала. Только на этот раз фантастически сильный, как приступ. Подумала – задохнусь, если не увижу.
Ну, и – конечно – элемент авантюризма, без которого трудно влюбленному сердцу прожить. Я был знаком с девушкой, которая назначала парню свидание. Приходила, пряталась и тайком смотрела, как он ее ждет. Это тоже любовь. И еще какая!
И вот она пришла к его дому. Остановилась и начала разглядывать все пять этажей. Как в битве экстрасенсов - слушала голос интуиции.
Память говорила, что в номере квартиры есть цифра пять. И число двузначное.
Подняла глаза к небу и помедитировала. Подсознание, как ей показалось, отреагировало: двадцать пять.
Смело вошла в подъезд. Позвонила. Дверь открыла молодая женщина. Влюбленная девушка спросила: «Можно мне увидеть Алешу»? Женщина, видимо, смутилась. И задала встречный вопрос: «А вы кто»?
Не выдержала взгляда. Сказала, что ошиблась, и скатилась с лестницы.
Пришлось возвращаться домой.
А в этой квартире жила молодая пара. Месяц, как поженились. И мужчину тоже зовут Алешей. Он был на работе. И не знал, что его дома ждет настоящая пытка.
Жена кричала оскорбления. И плакала. Обвиняла его во лжи. Что его былая любовница – нахалка – притащилась к ним в квартиру.
Все сходится: молодая девушка ищет Алешу. Теряется и быстро уходит. Разве не ясно? Это она специально приходила.
Жизнь молодого человека превратилась в пытку, в страдание, в муку.
А девушка только через два дня рассказала о своем поступке. «Ее» Алеша выслушал и посмеялся. Затем подумал, что здесь что-то не так. Душа была беспокойной. Он знал, что в этой квартире – молодожены.
И вот одна парочка отправилась к другой парочке – объясняться. Недоразумение снимать. На этот раз открыл мужчина. Выслушал печально. Позвал в дом. И сказал, что его жена ушла – к матери. И что ему было очень тяжело.
Девушка извинялась. Чуть не заплакала. Ей стыдно было: непростительное легкомыслие. А второй Алеша поведал, что не сердится. Напротив, даже благодарен – за ошибку. Его молодая жена раскрылась в полной мере. Он и не подозревал, что она такая. Стоит ли с ней жить? Ведь еще все впереди. Можно ли морально растоптать любимого человека? Если это действительно любимый человек – то невозможно.
Не знаю, помирятся ли они.