Шестилетняя Ада Занегина писала в газету, что из-за Гитлера она не может попасть домой. И что копила деньги на куклу, а теперь отдает их на танк.
Старики – те, чьи руки держали оружие и те, кто дошел до Берлина, и те, кто отстучал сапогами марш по Красной площади, – сейчас уходят. Еще год-другой и совсем никого не останется. Но нет, есть еще дети войны. Дети, которые помогали добыть победу родной стране. Такие, как Ада Занегина – шестилетняя девчонка с двумя косичками на плечах:
– Мне очень хотелось на фронт, но не было солдатского ремня, и я у всех его просила.
Ей было пять лет, когда война только началась. Мама девочки, Полина Терентьевна, после сама рассказывала про ремень и про отца-танкиста, который ушел на фронт в первый день войны, и про эвакуацию на Урал – мамочка-врач везла сотню детдомовских детей под своей опекой.
Что помнит сама Ада? Вагонную буржуйку, одну-единственную табуретку, совсем немного черно-белых фотографий в сумке – вот и все пожитки. Они поселились в пристройке в Омском крае. Девочка помнит, как собирала посылки на фронт с теплыми вещами. И как до войны у нее был поросенок – любимая игрушка в чемодане. И как при бомбежке на Смоленщине они остались под огнем. «И больше у меня ничего не было», – говорит Ада.
Девочка копила на куклу. Аккуратно складывала копеечки, что доставались ей от мамы. Но Аде пришлось купить танк.
Как-то раз в газете «Омская правда» появилась маленькая заметка в рубрике «почта наших читателей». Девочка уже тогда читала по слогам и писала, облизывая карандаш:
«Я Ада Занегина, мне 6 лет. Пишу по-печатному. Гитлер выгнал меня из города Сычёвка в Смоленской области. Я хочу домой. Я накопила на куклу 122 рубля и 25 копеек, а теперь отдаю их на танк. Дорогой дядя редактор, напишите всем-всем детям, чтобы они тоже отдали свои сбережения на танк. А мы назовем его «Малютка». Этот танк разобьет Гитлера, и мы поедем домой».
После этого и Аду, и редакцию завалило письмами. Адик Солодов, шести лет, отдал 135 рублей 56 копеек. Тамара Лоскутова отдала 150 рублей, хотя копила на новое пальто.
Таня Чистякова:
«Дорогая незнакомая девочка Ада! Мне только пять лет, а я уже год жила без мамы. Я очень хочу домой, а потому с радостью даю деньги на постройку нашего танка. Скорей бы наш танк разбил врага»
Шура Хоменко из Ишима: «Мне рассказали о письме Ады Занегиной, и я внёс все свои сбережения - 100 рублей - и сдал на 400 рублей облигаций на постройку танка «Малютка». Мой товарищ Витя Тынянов вносит 20 рублей. Пусть наши папы громят фашистов танками, построенными на наши сбережения».
Эти письма Аде вслух читала мама. Одно было от двадцатилетнего солдата, раненого под Ржевом. Из госпиталя он писал, что письмо Ады Занегиной дало ему второе дыхание, хотя он лежал обездвиженный с переломанным позвоночником. Где-то в это же время погиб отец Ады в бою на Курской дуге. Поток писем прекратился. Девочка забыла о несбывшихся мечтах: кукла, газета, танк «Малютка». Она и не вспоминала больше об этом. Но через тридцать лет танк сам напомнил о себе.
Поперек люка на легковесном танке Т-60 было написано Ма-лют-ка. Всю недолгую жизнь этого танка над ним смеялись мужчины в полку. Но у них был повод: им рулила одна на всю Красную армию женщина-танкистка – Катюша. Танкистка Катя всего 151 см ростом. Ее и так прозвали малюткой за маленький рост, так она еще и управляла танком с таким прозвищем.
Тогда все получилось. Ада не получила телеграмму, которая пришла в «Омскую правду» с пометкой срочно:
«Прошу передать дошкольникам города Омска, собравшим на строительство танка «Малютка» 160 886 рублей, мой горячий привет и благодарность Красной армии. Верховный главнокомандующий маршал Советского Союза И. Сталин».
И назвали танк, как Ада просила, и фашистов победили, и вернулись домой. Т-60 воевал на Курской дуге, доехал до Сталинграда, а потом попал на переплавку. А Катя оставила на память танковые часы, которые потом жили в ее одесской квартире после войны.
Ада Занегина спустя тридцать лет случайно узнала об этом от омских пионеров, раскопавших эту историю. Они нашли ее уже в Подмосковье, когда она была женой, матерью и доктором. Позвали в Омск, чтобы отпраздновать тридцатилетие Великой победы. В телеграмме упомянули, что на празднике будет механик-водитель «Малютки».
Тогда Ада, навсегда оставившая все детские письма у мамы на Смоленщине, вдруг почувствовала себя маленькой девочкой со сбывшейся мечтой. Там, в Омске ее представили «механику-водителю Петлюку» – маленькой, седой, широкоплечей женщине в строгом английском костюме. Екатерине Алексеевне, депутату, сотруднице Одесского ЗАГСа.
Их называли «Две хозяйки танка». Девушек возили по городу, показывали пионеров, детские дома и везде Аде Занегиной дарили какую-нибудь куклу, как искупление за то, что не было игрушек в военном детстве. Потом Ада ездила в Одессу к малютке-танкистке, водила ее в оперу и в драмтеатр. А по всей стране в которой раз прошла волна, поднятая когда девочкой Адой во время войны. В Смоленской области собрали макулатуру, и в город пришло три колонны тракторов с названием «Малютка». В Омске появился троллейбус «Малютка», а в Электростали сделали автобус с таким именем.
Перед перестройкой Катюша танкистка, прошедшая всю войну, умерла от рака. Но Адель Александровна Воронец, восьмидесятилетняя пенсионерка, жительница Подмосковья жива. У нее до сих пор в нижнем ящике шкафа лежат письма сороковых годов, у нее сын, две кошки и три работы: в медсанчасти, оптике и какие-то подработки. Балкон в ее квартире заставлен геранями. Сын показывает маме мир, катает по Европе.
Ада Занегина почти не вспоминает войну и лишь изредка достает вырезки из газеты «Омская правда». Она часто говорит «Забурели люди, не нужна им уже эта война… А мне... мне отрадно, что в Победе есть и моя малая толика».
Понравилась статья? Поделитесь ей в социальных сетях, пишите комментарии, ставьте лайки!
Интересует история семьи? Нужна консультация генеалога? Звоните нам: 8 800 100 41 47.
Центр генеалогии "Семейная реликвия"