Сергей Арсеньевич Виноградов (1869 - 1938) был одной из ключевых фигур русского искусства на рубеже XIX - XX веков. Сын священника Костромской губернии, он стал действительным членом Академии художеств, известным художником — графиком и живописцем, преподавателем, членом "Товарищества передвижных художественных выставок", объединения "Мир искусства", а также одним из основателей "Союза русских художников". Кроме того, Виноградов был влиятельным арт-консультантом и экспертом, чьими советами руководствовались при собирании своих коллекций Михаил и Иван Морозовы. В частности, именно благодаря его рекомендациям мы сейчас можем видеть в музеях Москвы и Петербурга попавшие туда из коллекций Морозовых работы Сезанна, Моне, Дега, Ренуара. В частности, находящийся в Эрмитаже известный "Портрет Жанны Самари" кисти Ренуара. Игорь Грабарь считал, что Виноградов лучше всех разбирался в современном искусстве.
Несмотря на такие заслуги, до начала 2000-х лет в России этот художник был практически забыт, о нём вспоминали лишь специалисты. Так случилось, потому что Виноградов был эмигрантом, с 1924 года жил в Латвии.
Первая большая выставка работ Сергея Виноградова в современной России состоялась совсем недавно. Она открылась в Москве, в музее русского импрессионизма в сентябре прошлого года. На этой выставке было показано около 60 работ мастера из российских музеев и частных собраний, а также из музеев Беларуси и стран Прибалтики. Выставка называлась "Нарисованная жизнь", и это неслучайно. Виноградов писал пейзажи и интерьеры, портреты и морские виды. Его наполненные солнечным светом и радостью полотна воссоздают мир гармонии и счастья. Этот мир отчасти выдуманный и желанный, отчасти действительный даже в сложное время войн и революций. На картинах Виноградова практически не получили отражения драматические события начала XX века, свидетелями которых он был. Видимо, художник стремился найти отдушину на своих полотнах, не пуская на них жестокую подчас реальность с её трагическими событиями.
Художник ценил красоту, и сам был эстетом. Всегда выглядел элегантно. На приведённом выше автопортрете изобразил себя с галстуком-бабочкой.
Специалисты называют Виноградова художником круга Коровина и Серова. И в его работах чувствуется влияние этих мастеров, а также — французских импрессионистов, с творчеством которых Сергей Арсеньевич был хорошо знаком. Например, в картине "Балет" без труда можно увидеть влияние Дега.
А следующая картина, атрибутированная по данным аукциона, напоминает работы Михаила Нестерова. Правда, у Нестерова обычно иная, менее яркая и насыщенная цветовая гамма.
Виноградова относят к художникам второго плана, а подчас можно услышать, что его называют подражателем. Мне кажется, такое мнение несправедливо. У этого художника есть самобытные, своеобразные работы. Также хочу заметить, что его отличает внимание к деталям. В частности, в интерьерах узнаваемы картины. И таким образом, можно узнать, какими произведениями живописи (или их репродукциями) украшали свои дома больше века назад обеспеченные россияне.
На приведённой выше картине легко угадывается стоящая на этажерке репродукция акварели Бориса Кустодиева "Лихач (Извозчик)".
На следующей картине в интерьере дома имения Головинка мы видим хозяйку, Елену Дмитриевну Мамонтову и её дочь Соню. Они сидят за столом в гостиной и заняты чтением. На стенах комнат висят миниатюры и картины, в том числе увеличенный монохромный фрагмент знаменитого полотна Рафаэля "Сикстинская мадонна". В России XIX века это полотно стало своеобразным эталоном прекрасного, разошлось по городам в многочисленных репродукциях, его копии висели, в частности, в кабинетах Достоевского и Толстого.
В Головинке рафаэлевская мадонна напоминала обитателям усадьбы Мамонтовым об их путешествии по Италии, Франции и Германии, в котором их сопровождал Сергей Виноградов.
В окна гостиной дома в Головинке льётся естественный дневной свет, ложащийся цветными тенями на пол и предметы обстановки. Интерьер дома как бы объединяется с зелёным парком.
Виноградова интересовали разные отражения, в частности, через витражные стекла, а также в зеркалах. Тщательно выписывал он и геометрические узоры, создаваемые тенями. Всё это: и цветные отражения света, прошедшего через витражные стёкла и прозрачные занавески, и причудливые тени, и отражения интерьера в зеркалах можно увидеть на приведённых ниже репродукциях двух картин с одинаковым названием "В доме".
Детально прорисованы витражные узорные стёкла и на картине "Дача". Но здесь мы видим их с улицы, и они в изображаемый момент находятся в тени. Эта картина написана намного раньше предыдущих — в 1900 году, и художник реалистично изобразил старый дом в Плёсе.
Этот двухэтажный дом купца Иосифа Клюшникова сохранился до наших дней. Правда, здание сейчас значительно перестроено, лишилось оно и деревянного балкона с витражными стеклами, так впечатлившими Сергея Виноградова. Картина "Дача" была подарена 19 марта 1900 года Евгении Петровне Колосовской (Сафоновой), младшей сестре Софьи Петровны Кувшинниковой, художницы, ученицы и возлюбленной Исаака Левитана.
Далее графическая работа. Рисунок, выполненный карандашами. Изображён тоже сохранившийся до наших дней дом, но расположенный уже в Москве — по адресу Малый Власьевский переулок, 5.
Деревянный домик с мезонином, построенный в 1816 году, является одним из наиболее известных образцов типовой застройки Москвы после пожара 1812 года. Сейчас дом окрашен иначе — судя по фото в Википедии, он тёмный. Но лепнина, тщательно изображённая Виноградовым, сохраняется.
На следующей картине — прихожая и две элегантные дамы в ней. Используя приём отражения в зеркале, одну из них художник показывает с разных сторон: зритель видит и её лицо, и профиль в шляпке. Картина является свидетельством, что Виноградов не только хорошо писал пейзажи и интерьеры, но и был прекрасным портретистом. Впрочем, это неудивительно — звание академика живописи просто так не давали.
На приведённой ниже картине тоже отражения и тени, игра света. Лунная дорожка на море.
Даже репродукция затягивает-притягивает так, что чувствуется свежесть ночного морского воздуха; так, что хочется сделать шаг, выйти из комнаты и спуститься к морю. Произведение напоминает картины Константина Коровина. Но в отличие от коровинских картин подобной тематики, здесь более чётко и тщательно прописаны детали — кресла, свеча на полке, деревянные арки - дуги на раме над дверью. А рассыпанные лепестки роз тоже словно бы образуют дорожку, ведущую к морю. Дорожка из роз, спрятанная в тени деревьев, выводит на освещенный луной берег и заканчивается, переходя в лунную. Легкое, хрупкое и почти невесомое, но всё же материальное — лепестки — переходит в нечто полуреальное и зыбкое, в отражения на воде. Возможно, так зарождаются чувства...
Виноградов, выстраивает композицию картин, учитывая геометрию, и подбирает цвета так, чтобы не только показать освещённость или затенённость объектов, но и передать фактуру материала. При этом часто в его работах встречаются всевозможные барьеры, заборы, штакетники. Любопытна в этом плане картина "Крыльцо".
Превалируют оттенки коричневого и охристого. Крыши двух домов, зрительно смыкаясь, образуют гипотенузу прямоугольного треугольника, катеты которого лежат на краях холста. Синее небо. И ещё небольшой его кусочек-четырёхугольник ниже. Ветер — он чувствуется по колыханию белья на натянутой на веранде верёвке, по наклонившимся деревьям. Деревья "на свободе", за забором, а зритель словно ограничен им. Плоскость земли — лишь небольшой треугольник, перемещаться некуда, только подняться по крыльцу на веранду, словно на палубу корабля...
И вот ещё одна картина, на которой присутствует забор.
Дощатый заборчик-штакетник уже довольно старый и хиленький, можно сказать, он весьма условно ограждает сад. Но удивительно, что цвет старых досок забора почти такой же, как у кустов цветущей сирени. Так бывает? Может, при таком, как на картине, цвете неба и цвет сирени меняется. Не знаю. Но хочется смотреть и смотреть за этот забор, в нарисованный сад — цвета радуют глаз и действуют почти умиротворяюще. А забор ещё служит как бы границей тени и освещённого солнцем сада.
В источнике, из которого взята следующая репродукция, картина названа "Продавцы лубяных ботинок, город Елатьма на реке Оке". Вряд ли сам Виноградов называл лапти "лубяными ботинками". Видимо, это не очень удачный перевод приведённого там же названия по-английски "Bast Shoe Sellers, Town of Elatma on the Oka River", поскольку размеры картины и материалы, использованные для её написания, указаны лишь на английском. Поэтому возьму на себя смелость переназвать картину как "Торговцы лаптями".
Торговцы продают не только лапти, но и плетёные корзины. Нехитрый товар лежит прямо на земле, у, видимо, специально выстроенной для торговли галереи. Художник, показывая торговцев чуть издали, немного слева, демонстрирует зрителю и внутренний проход через галерею, и открывающийся вид на город. Только там мы видим небо, дома и деревья, и этот вид получается своеобразной картиной в картине, осенним пейзажем в солнечный день. Вот такое вот сочетание разных жанров — бытовой сцены и пейзажа.
"Картину в картине" можно увидеть и на полотне "На гумне".
И если говорить о цветовой гамме, то здесь все цвета продуманы. Одна маленькая деталь. Одежда молодой девушки слева — красный сарафан и зелёный платок на голове — сочетается с листьями и ягодами растущей за гумном рябины. И рябина расположена почти напротив этой девушки. Думается, что это неслучайно. Возможно, художник так хотел подчеркнуть её красоту и юность, сказать, что она повзрослеет и станет ещё красивее.
Закончить данную статью хочу рассмотрением картины "В мастерской", написанной в 1900-ом году, в начале творческого пути Сергея Арсеньевича, когда он был художником-реалистом.
На полотне изображена мастерская скульптора Сергея Волнухина, с которым Виноградов познакомился во время одной из своих поездок в Плёс. Сергей Михайлович Волнухин (1859 - 1921) — академик Императорской Академии художеств — более двадцати лет возглавлял скульптурную мастерскую в Московском училище живописи, ваяния и зодчества. Среди учеников мастера были Анна Голубкина и Сергей Коненков. Самой известной работой Волнухина является памятник первопечатнику Ивану Фёдорову в Москве, созданный в 1909 году.
На стене изображенной мастерской можно заметить японскую гравюру.
На рубеже веков многие художники вслед за французскими импрессионистами начали интересоваться культурой стран Востока, в особенности японской. Японские гравюры, кимоно, веера, керамика стали в этот период популярными элементами декора интерьера. В образах Страны восходящего солнца творческие люди находили новые источники вдохновения, новые мотивы и темы для работы.
На окне стоит скульптура девушки, вылепленная в стиле классицизма.
А на стуле у стола сидит девушка, читающая газету.
Глядя на картину, зритель сначала замечает девушку — она на первом плане. Потом, скорее, заметит скульптуру на окне — она ближе к лицу девушки. А потом зритель переведёт взгляд на гравюру.
Художник, возможно, просто хотел изобразить уголок мастерской скульптора, вернее, написать девушку в этой творческой обстановке.
Но у меня невольно при рассматривании картины возникают мысли о человеке и его изображениях средствами искусства. Получается треугольник: живая девушка — объёмная скульптура — плоская гравюра.
Почему-то вспомнилась гравюра Эшера, на которой плоские ящерицы, оживая, превращаются в объёмных. А потом, по кругу, наоборот.
Так и здесь. Живой человек и его изображения. Человек старится, его внешность со временем изменяется, а потом он покидает этот мир, уходит из него. Произведения искусства, если всё сложится удачно (будут благоприятные условия хранения), могут существовать намного больше — века. И "рассказывать" потомкам о прототипе, с которого вылеплены или написаны. Так, девушка на картине могла бы рассмотреть скульптуру и гравюру, но ей интереснее или актуальнее суетное — то, что пишут в газете. А возможно, она раньше уже изучила и скульпуру, и гравюру — они ведь неизменны — и сейчас ей больше интересны текущие дела.
Вот часть мыслей, на которые навела меня эта прекрасная картина.
О Сергее Арсеньевиче Виноградове и его работах можно говорить ещё долго. Пока остановлюсь, но планирую продолжить разговор. Надеюсь, что в этой статье мне удалось показать, что этот художник весьма и весьма интересен, а те, кто считает его просто подражателем, сильно ошибаются.
#изобразительное искусство #картины художников