Я сегодня до зари встану
По широкому пройду полю
Роберт Рождественский
Если честно, сейчас, по прошествии нескольких десятилетий, я так и не смог понять как уживались такие разные по складу ума и характерам мои Отец и Мать. Что в них было общего — вопрос вопросов...
Мать человек деятельный и если вожжа попала под хвост что-то задумала, то мчится к задуманному задрав хвост, на всех парах, помните в "Обыкновенном чуде" Эмилию?
— Шпаги вон! К бою готовьсь! Подъем! Подъем! Бей в барабаны! Подъем! Подъем! Подъем!
Вот так же примерно действовала и Мать, она скупала ковры и хрусталь "через завсклад, через директор магазин", ехала в Минск, чтобы прикупить холодильник, мчалась в Коканд за шерстью и пухом ангорских коз, потому что кофты из них самые лучшие и пользуются спросом на рынке, она научилась вязать и освоила весь процесс от стирки руна, через переборку и чесания пуха, до пряжи, окраски и вязания кофт и кардиганов с последующей их продажей на "толкучке". Её бурная деятельность меня пугала, ладно бы если она сама этим всем страдала, но она подключала к процессу всё окружающее её пространство! Мы с Отцом чесали и перебирали пух, мотали нитки из магазинных мотков в клубки, чтобы Мать всё это превращала в достаток, совершенно не необходимый нам с Отцом.
С одной стороны я её понимаю, женщина желала обустроить пространство так, как ей хотелось и виделось в мечтах с детства, которое она до сих пор считает несчастным и нищим, но "дорохо-богато"? Нет, это не "наш метод, Шурик!"
Отец в своём непонимании процессов благоустройства пространства был похож на меня, вернее я в Отца в этом вопросе. Как по мне, так прав герой Евстигнеева Адамыч из фильма "Старый Новый год", который говорил о своих потребностях:
― У меня-то? У меня все есть.
― Ха, все. Че все-то?
― А шо надо.
― А че те надо?
― А шо есть.
Отец мог обойтись совершенно малым. У всех нас была своя жизнь. Мать "доставала" нужные вещи, Отец жил в мире книг и новых знаний, я мечтал уехать. Наверное каждый получил всё, что хотел. Отца уже давно нет, Мать до сих пор в ритме белки, я... А что сразу я то? Че я то? У меня есть Радость, которая может иногда меня сподвигнуть на усилия в нужных нам направлениях. Она стратег, я тактик.
Мать до сих пор помнит все самые темные моменты жизни, я так не умею, вернее не так, я помню многое, но не зацикливаюсь на негативном, я вспоминаю светлое, потому что оно красивое)
Как-то Мать мне пыталась рассказать, что Отец даже приготовить сам ничего не мог, а ждал её с работы, чтобы она его накормила. Ну в общем я тогда рассказал ей о моём самом любимом блюде детства, о жареной картошке по рецепту Отца. Для этого моего любимого блюда у нас с собой было:
Картошка
Капуста
Мясо
Соль, перец черный молотый, масло сливочное и растительное
В начале режем мясо на маленькие кусочки, прям маленькие-маленькие полтора на один сантиметр и обжариваем на сильном огне на смеси растительного и сливочного масла. Обжариваем до румяной корочки, чтобы мясо пересохло. Солим и перчим, перчим сильно. К обжаренному мясу добавляем картошку, нарезанную нетолстыми брусочками и жарим до полуготовности картошки.
Когда картошка начала размягчаться и скоро будет готова, то добавляем мелко нашинкованную капусту, перемешиваем, накрываем крышкой и под крышкой доводим до готовности.
За пару минут до приготовления блюда выправляем на соль, перчим, чтобы остро было и съедаем всё с удовольствием, потому что вкусно.
Когда я рассказал не так давно Матери этот рецепт, она фыркнула и я понял, что профессиональному повару это блюдо показалось гадостью несусветной. Отец готовил эту картошку в дни, когда Мать уезжала в очередную спонтанную командировку за "нужными" вещами и товарами.
Помимо картошки Отец готовил острый томатный суп, который я ел, но без такого удовольствия, как эта моя любимая картошка, которую я до сих пор время от времени готовлю и которая мне не надоедает хотя мясо в этом блюде как сухарики, но это так вкусно и это пробуждает мои воспоминания о том моменте когда я мог днем завалиться к спящему после ночной смены Отца, Отец обнимал меня, пододвигал к себе поближе и мы дрыхли как сурки. Отец пах машинным маслом и табаком, я до сих пор помню этот удивительный аромат.
Эх, детство, детство... Как хорошо, что я не зацикливаюсь на тех моментах, которые меня огорчали, как хорошо, что основная масса воспоминаний составляют светлые, радостные и счастливые времена моей жизни. Спасибо Создателю за это моё умение!
такие дела