Все началось в 2016 году, когда в одном из сообществ мне попалась новость о том, что на британском аукционе был продан перстень, принадлежавший Жанне д’Арк. Это небольшой серебряный перстень, хранящийся в скромном деревянном ларце. Перстень украшен стлизованными изображениями креста на шинке, а на щитке резцом выгравированы акронимы IHS и MAR, что означает Иисус и Мария соответственно. Перстень явно несет на себе следы долгого использования, он сильно затерт с боков и весь покрыт мельчайшими царапинами.
Поиск в гугле выдал кучу заметок об этом событии из английских интернет изданий. Заметки были, как нейтрального характера, например служба ВВС просто отреагировала на факт , что французский меценат де Вилье купил серебряное кольцо на аукционе Timeline за астрономическую сумму, почти 300 000 фунтов стерлингов!
Издание The telegraph возмущалось тем, что покупатель незаконно вывез реликвии из Соединенного королевства, мол, есть некий закон, требующий оформлять специальную лицензию на вывоз исторических ценностей, стоимостью более 39,219 фунтов. Наглый француз, собиравшийся поместить кольцо в специально построенную часовню в тематическом парке Puy de Fou неподалеку от Нанта еще и заявлял, что пусть англичане только попробуют отобрать реликвию назад, обещал лечь костьми, но кольца не отдавать.
Журнал The Economist с чисто британским сарказмом разглагольствовал, что не все так однозначно, пылкие французы купились на подделку, история кольца мутная, никто про него ничего не знает, весь сыр бор ни к чему, давайте просто посмеемся над идиотами. Заголовок обыгрывая хрестоматийную толкиеновскую фразу гласил: “One ring to fool them all”тут все понятно в общем.
Оставался еще сайт самого аукциона, на нем приводится краткое видео интервью бывшего владельца из Эссекса, который рассказывает, что кольцо купил на аукционе Sotby’s его отец в далеком 1947, причем оно уже имело легенду о деве Жанне. Согласно ей, кольцом завладел епископ Бофорт, забравший его у Жанны накануне ее казни в мае 1431 года, а затем оно передавалось из поколения в поколение пока, наконец, в 1909 одна знатная дама поведала публике о таком редком семейном сокровище. Подозрительно, что сделал она это аккурат в канун беатификации Орлеанской девы.
Любопытно, что столь ценную вещь она подарила художнику Августусу Джону- постимпрессионисту и чудовищному бабнику, у которого только законных детей было пятеро, а число побочных вообще никому не ведомо. Любвеобильный художник, вечно нуждавшийся в средствах, вскоре продал перстень. Кому как, а по мне так это напоминает сюжеты Агаты Кристи: богатая аристократка, проходимец художник и драгоценный средневековый перстень. Не хватает только убийства.
Исходный набор данных позволяет нарисовать, казалось бы, довольно ясную картину, кольцо-подделка, сработанная антикваром-ювелиром в XIX-начале XX века. Возможно, оно было сделано немного раньше, в середине позапрошлого века, когда мода на средневековье привела к наводнению антикварного рынка подделками, или просто стилизациями под старину. Благодаря Вальтеру Скотту и Виктору Гюго Средние века перестали быть мрачными, а стали романтичными и притягательными.
Так-то оно так, но вот что-то мне не давало покоя, какой-то биппер в голове, который есть, наверное, у многих людей, имеющих дело с предметами старины, чьи полки и жесткие диски ломятся от количества специальной литературы, а через их руки проходят и проходят вещи в разном состоянии из разных эпох. Короче, я решил зайти с другого конца. Что делает специалист по вещам, когда ему нужно провести атрибуцию предмета? Правильно! Ищет аналогии. В первую очередь в литературе, но я взял быка за рога и окунулся в крупнейший в мире он-лайн каталог археологический находок, сделанных любителями приборного поиска. Каталог этот английский, но дело в том, что для 15 века разница в одежде, оружии, украшениях между Англией и Францией была едва уловима, ну прямо, как сейчас. Отличите вы по одежде англичанина от француза? Вот и я нет, так примерно было и тогда. Перстень этот оказался очень типичным для периода 1400-1500гг, ранее подобный тип с широким щитком с выраженным медиальным ребром по бокам которого образованы две широких грани не встречается, да и позже, уже в 16 веке в моду вошли другие кольца. Любопытно, что для этого периода характерны были украшения с куртуазной символикой, изображениями сердец и любовными надписями, вроде: tout mon couer или tout ma vie, что значит: «мое сердце целиком» или «вся моя жизнь» (принадлежит ей/ему) это напоминает еще недавно распространенные в России армейские и тюремные наколки с именами возлюбленных. Носили такие колечки, чтобы показать, смотрите люди добрые я в отношениях, мое сердечко уже занято.
На кольцах же с выраженным медиальным ребром ничего такого нет. Они встречаются либо с нейтральным орнаментом или только с религиозной символикой . Я нашел два перстня с такими же как у нашего кольца с аукциона надписями: IHS и MAR, но еще встречаются такие же, но с гравированным изображением святых, и что паки любопытно святых женщин, например, св Екатерины и св Варвары, очевидно, подобные украшения воспринимались, как предметы личного благочестия и никогда, как элементы куртуазной культуры.
Мог ли ловкий антиквар из 19 столетия использовать случайно найденное кольцо и придумать ему красивую легенду? Чисто теоретически мог, но так массово эти вещи стали доступны только после распространения металлодетекторов в конце прошлого века.
А теперь нужно приподнять занавес еще выше и предоставить слово самой Жанне, благо ее прямая речь запротоколирована секретарем церковного трибунала, судившего ее. От свидетелей и клеветников трибуналу было известно, что Жанна, якобы, использует свои кольца (коих было два) в магических практиках, поэтому ее часто спрашивали об этом:
«На вопрос о том из какого материала было сделано ее кольцо с надписями Иисус-Мария она сказала, что точно не знает, было ли оно из золота, или из чистого золота и вообще было ли оно золотое или латунное, она полагает, что на нем было изображение трех крестов и насколько ей известно на нем не было никаких других слов, кроме слов Иисус-Мария».
Стоп-стоп-стоп скажем мы, но аукционное кольцо то серебряное! Причем тут золото или латунь? А вот причем. Если приглядеться, на кольце Жанны видные крошечные следы позолоты. Она почти истерлась со временем, но даже не вооруженным глазом ее остатки видны. Во времена Жанны позолота несомненно была цела, и она наверняка знала о том, что кольца бывают в разных ценовых категориях, как золотые, (видимо это она разумеет под чистым золотом) так и позолоченные, ну и просто бижутерия и полированной латуни «под золото». Своим ответом Жанна дает понять, что не очень заботится материальной ценностью кольца.
Что еще можно сказать напоследок? Можно конечно усомниться, откуда у крестьянской девушки столь дорогая вещь. Этот ларчик открывается довольно просто; подобные кольца, судя по все тем же аналогиям весили от 3.5 до 6 граммов серебра, зарплата неквалифицированного поденщика 5-7 денье в день, даже с учетом того, что в денье Карла VI или бургундского герцога Филиппа Доброго было лишь около 40% серебра, то получается, что стоимость перстня в драг металле равнялась примерно двухдневной зарплате поденщика. С учетом стоимости труда ювелира она могла равняться 7-10 дневной зарплате простого трудяги на низко оплачиваемой работе.
Ну вот, пожалуй, и все. Не знаю, смог ли я убедить кого-то в подлинности кольца девы, сам я, по крайней мере, убежден, что кольцо настоящее. Новость о его продаже и возвращении, во Францию спустя 600 лет всколыхнуло информационное пространство, однако, наша сегодняшняя жизнь устроена так, что новость очень скоро затерялась среди тысяч других, наша жизнь производит и пожирает контент ежедневно, ежечасно, а кольцо и его хозяйка принадлежат совсем другой эпохе. Как бы то ни было, важно лишь отношение людей к этой реликвии, этот перстень- такая же частичка души старой, милой, настоящей Франции, как и парижский Нотр-Дам.
Автор - Борис Степанов