Самое первое, что велели сделать первоклассникам- выбрать новое имя, под которым они будут учиться в школе ближайшие десять лет. Объяснили это тем, что настоящее имя никто не должен знать: это тайное слово связывает человека с домом, семьей. Четвёрка юных эльфов, недолго думая, придумала себе клички. Марик стал теперь именоваться Иданом. Настоящие имена других детей он так и не узнал, это было запрещено. Но теперь мальчиков звали Умил и Бажен, а девочку — Купава.
Когда ребята познакомились и сообразили, что первые буквы имен образуют слово «буки», то есть литеру их класса, они очень обрадовались. У Марика-Идана сразу появилось сомнение в случайности такого совпадения. Но он никому ничего не сказал.
Начались учебные будни. Ребятам было очень интересно в школе, хотя у них не было ни минуты свободного времени: они всё время чем-нибудь занимались. Встречи с родителями по Скайпу становились всё реже, но детей это не беспокоило, как, впрочем, и большинство взрослых. Юные эльфы стали настолько сплочённой группой, что им даже не нужно было много разговаривать, они научились общаться ментально. И на физическом уровне их синхронность просто поражала окружающих. Друзья могли одновременно повернуть головы и посмотреть на что-нибудь, а потом, осознав это, дружно рассмеяться. Никто из них не мог объяснить этот эффект, но он им нравился.
В школе преподавались не только такие традиционные дисциплины, как арифметика, чтение, письмо, природоведение, но и психология вытворения, зельеварение, коммуникация с артефактами и много чего ещё.
Однажды на уроке суггестологии ( кто не в теме — это отрасль психологии, изучающая механизмы внушения и гипноза, даже на расстоянии) ученикам дали домашнее задание: найти и описать своего врага. Бедные супертолерантные эльфы не спали всю ночь, пытаясь выполнить задачу. Будучи перфекционистами, привыкшими к отличным оценкам, они испытали серьёзный стресс из-за своего бессилия. И впервые пришли на урок, не выполнив задания.
Ребята стояли перед профессором Долоховым с опущенными головами. При этом мысленно поддерживали друг друга репликами, типа «умирать, так с музыкой», «может, всё ещё утрясётся?», « а не снится ли нам этот кошмар?», «зачем нужны такие задания?». Профессор, внимательно заглянув каждому в глаза, сказал, что даёт им ещё один день. На вопрос детей, а обязательно ли должен быть враг, может, его не существует, последовал утвердительный ответ.
--Думайте,- сказал профессор. И при этом усмехнулся в бороду. А может быть это просто показалось растерянным ученикам.
Марик-Идан решил позвонить домой, может, родители что-то посоветуют. Мама разволновалась, заявила, что им таких заданий не давали, что это просто форменное безобразие. А потом спросила:
– Марик, а ты помнишь гоблина Борьку, который тебя обижал?
– Помню,- ответил мальчик.— Но я совершенно не чувствую, что он мой враг. Мы с ним ссорились, конечно, но убить его я бы не хотел. А врага ведь надо ненавидеть, правда, мам? Мальчик и мама задумались.
– А у тебя есть враги, мама?- вдруг задал вопрос сын.
– Пожалуй, нет! - ответила мать. —Я тоже никого не хочу уничтожать.
Разговор с мамой не помог. Оставался брейнсторминг.
Ребята стали записывать всякую дичь и ахинею, как это принято по правилам мозгового штурма, и в конце концов пришли к выводу, что у каждого индивида точно есть один враг- он сам! Но это необязательно, ведь с собой можно и подружиться. Они обосновали свой ответ: во-первых, для самих себя, ну и для преподавателя тоже. Получилась очень толковая презентация, которую я здесь не стану приводить.
Главное- они сделали это!
