Гонки – гипнотизирующее действо. Рев моторов, запах масла и бензина, сотни сверкающих болидов. Безрассудные зрители, которые в надежде разглядеть своего любимчика лезут чуть ли ни на трассу. Где в это время несутся мощные и таящие смертоносную опасность болиды. Невольно зажмуриваешься в такие моменты, ибо вот ещё чуть-чуть, и случится самое страшное. Но нет, проносит. Так было и 11 июня 1955 года, куда мы переместимся на моднейшие в то время гонки «24 часа Ле-Ман». Ведь именно в этот солнечный летний день разыгралась самая страшная в истории автоспорта трагедия.
Но для начала несколько слов об одном гонщике, который сыграл не последнюю роль в этой истории. Пьер Левег, или урожденный Пьер Эжен Альфред Буайен, родился в Париже 22 декабря 1905 года. А годом ранее умер его дядя Альфред Вельг, который довольно-таки успешно гонял под псевдонимом Альфред Левег с 1898 года. Ну, и племянник в его честь решает тоже взять аналогичный псевдоним. В 1923 году Пьер посещает первый раз в жизни гонку в Ле-Мане, и с тех пор все его мысли лишь о том, как бы поучаствовать в сией вакханалии бензина, масла и стертой резины. В 1938 году Пьер принял участие в гонке на автомобиле Talbot T150C, но не смог финишировать из-за поломки болида. На следующий год его Talbot-Lago SS не добрался до финиша на гонке в Анвере, но, тем не менее, это было лучшим достижением Левега до Второй мировой, ибо он занял 3-е место.
После войны Левег решил попытать счастья в гонках Гран-При, однако успехов особых не добился. За шесть стартов в 1950 и 1951 годах на собственном Talbot Lago T26C он осилил лишь 7-е на Гран-При Бельгии в 1950-м.
Однако, в других сериях Левег делал успехи. В 1951 году на гонке в Ле-Мане, на заводском Talbot он занял 4-е место. Но и в этот раз спортсмен был недоволен автомобилем и решил на следующий год ехать на личном болиде, который сам подготовил бы к гонке за свой счёт. В 1952 году гонщика почти настигла удача, и был шанс на победу. Левег на протяжении 22 часов опережал ближайшего преследователя на 4 круга.Но в какой-то момент у болида отказала КПП, а следом и двигатель. В 1953 и 1954 годах участия в гонках особого успеха не принесли. И казалось бы, его мечте о победе не суждено стать явью.
Однако, в 1955 году Пьера внезапно нанимает Mercedes-Benz, на должность заводского водителя, представлять их на гонках Ле-Ман. Представители концерна были впечатлены решимостью Левега на гонках в 1952 году. Как раз в этом году немцы решили использовать новый Мерседес 300 SLR, который уже отлично зарекомендовал себя в Мировом чемпионате 1955-го года и даже выиграл в гонках Милле Милья (пилот Стирлинг Мосс и штурман Дэнис Дженкинсон), показав рекорд скорости 159,65 км/ч, который не был побит до закрытия гонок в 1957 году, и опередив на полчаса Хуана Мануэля Фанхио, который стартовал на 24 минуты раньше.
Каркас 300 SLR немцы предпочли изготовить из сверхлёгкого сплава магния, именуемого «Электрон» (~90% магния, 10% алюминия, до 3% цинка и до 2,5 % марганца), также используемый ранее в корпусах бомб-зажигалок. Материал был очень лёгок (удельный вес 1,8), в сравнении с алюминием (2,7) и сталью (7,8), что сильно улучшило аэродинамику и уменьшило вес самого авто. Однако немцы решили, что нормальные тормоза болиду ни к чему, и, вместо современных и эффективных дисковых (как, например, у конкурентов в Jaguar D-Type), установили традиционные барабанные. Но учитывая огромную мощность болида, инженеры Mercedes прикрутили аэродинамический тормоз, который при поднятии увеличивал сопротивление и эффективно гасил скорость.
Да и если рассматривать меры безопасности, на то время применяемые на гонках 24 часа Ле-Ман, то можно сказать, что их не было совсем. Трасса не менялась со времен учреждения самого мероприятия в 1923 году. А на тот момент скорости не превышали около 100 км/ч. В 1955 году же максималка составляла 300 км/ч, а то и более. В самих машинах не было даже намёка на ремни безопасности, ибо водители считали, что лучше при столкновении пропахать лицом асфальт, чем быть запертым в горящих обломках и стать люля-кебабом.
А теперь переместимся на арену Ле-Ман 11 июня 1955 года, чтобы разобраться, что же приключилось во время одной из самых зрелищных гонок того времени. Погода в тот день была довольно ясной. Трасса была сухой, да и с видимостью всё было отлично. Гонка началась в субботу, в 4 часа дня по местному времени. Менеджер «Серебряных стрел», как именовала себя немецкая команда, Альфред Нойбауэр выставил на гонку 3 сменных экипажа: именитых Хуана Мануэля Фанхио и Стирлинга Мосса на ведущей машине, победителя гонки 1952 года Карла Клинга в паре с Андре Симоном и американца Джона Фитча с Пьером Левегом. По прошествии первого часа на первые позиции, как было и предсказано, вырвались Эудженио Кастеллоти на «Феррари», Майкл Хоторн, представляющий «Ягуар» и Фанхио на «Мерсе». Остальные гонщики, дабы не убить раньше времени свои авто, старались держаться в первой десятке. На втором часу Кастеллоти подсдулся и Хоторн с Фанхио продолжили бороться за 1 место. Заканчивался второй час гонок и в 6:26 дня по-местному на 35 круге произошла страшная авария. На линии старт-финиш перед главной трибуной столкнулись два авто — мощнейший Mercedes-Benz 300 SLR заводского пилота «Серебряных стрел», лягушатника Левега, и скромный Aston-Healey 100 S, тогда ещё никому не известного бритта Лэнса Маклина.
А дело было так. В конце 35-го круга Майкл Хоторн на своём Jaguar D-Type под номером «6», лидирующий в гонке, обгоняет шедшего на шестой позиции Левега, после чего обходит Маклина, под номером «26», и вдруг видит, что механики машут ему заехать на пит-стоп, чтобы заправиться. Но так как то ли Хоторн прозевал флаг, то ли механы были теми ещё раздолбаями и поздно подали сигнал, Майкл вдруг начал оттормаживаться, дабы не уйти на следующий круг. А так как на «Ягуаре» стояли современные дисковые тормоза, то тормозил он гораздо быстрее, чем остальные. Маклин, следовавший за ним на «Austin-Healey», на котором стояли барабанные тормоза, успел лишь выжать тормоз и уйти от столкновения. И видимо, вывернул руль в сторону, или правые колеса наехали на траву, и Маклина понесло прямо под колеса ехавшего на всех парах Левега. А так как тормоза не были коньком немецкого болида, то остановить машину, разогнанную до 240 км/ч (в момент аварии), было ой как не просто. Но француз, несмотря на то, что пушной зверек подкрался к нему, попытался затормозить и спасти жизнь, по крайней мере, одному человеку, Хуану Мануэлю Фанхио, мчащемуся следом. Вот как позже вспоминал Фанхио эти события. «Скорость была порядка 260 км/ч, когда перед самым съездом в боксы Левег, шедший буквально в 50 метрах впереди меня, неожиданно поднял руку, – рассказывал Фанхио на следующий день после катастрофы. – Он предупреждал меня об опасности, которой я не видел. Я ударил по тормозам, но на такой скорости это было бесполезно... Затем все вокруг просто перемешалось! Помню, как машина Левега взмыла в воздух, а “Остин-Хили” Маклина отбросило влево прямиком на меня. Каким чудом я не врезался в него, до сих пор не представляю...».
В этом момент Фанхио шёл вторым и уже было пытался обогнать Левега. Не успев до конца среагировать, француз со всего маху въехал в корму «Austin-Healey 100» Маклина и, подлетев на нем, словно на трамплине в левую часть трассы, приземлился на вершину земляной насыпи, которая отделяла зрителей от трассы. «Mercedes» Пьера влетел в насыпь под таким углом и на такой скорости, что его аж закрутило. В результате чего болид разложило, и некоторые запчасти, ослабленные ударом, достались в подарок толпе зрителей. Среди них были капот и передний мост. Капот, словно гильотина, на скорости отсёк несколько голов самым любопытным зрителям, решившим глянуть, а что же там происходит. Поскольку крепёж двигателя тоже был утрачен, то тяжёлый блок цилиндров тоже улетел в сторону трибун и убил несколько людей, что залезли на козлы для более выгодного обзора, множеством осколков. Сам же Левег, успев принудительно катапультироваться из болида, погиб получив смертельную травму головы.
Когда останки 300 SLR замедлились и прекратили движение, в игру вступил топливный бак, напоследок устроив сильный взрыв. Возникшее пламя от возгорания топлива моментом воспламенило каркас, ибо ввиду особой конструкции (тот самый сплав Электрон) порог возгорания был ниже из-за большого количества магния. Сплав загорелся белым пламенем и в толпу полетели ошметки. Спасатели-лягушатники, не имевшие ранее дел с горящим магнием, решили залить всё водой, чем только усугубили положение дел и машина горела несколько часов. В результате, по официальным данным 84 человека отправились в царство Аида (83 зрителя и Пьер Левег). 120 человек получили травмы различной степени тяжести. Хотя некоторые склоняются к версии, что раненых было больше (около 178 человек).
Фанхио еле-еле успел не впечататься в машину Маклина, который ушёл в правую часть трассы после столкновения. «Austin-Healey» врезался в пит-уолл (стена, отделяющая пит-стоп от трассы) и отлетел влево, вернувшись на трассу, а уже потом въехал в ограждение недалеко от места, где горел 300 SLR погибшего Левега, убив ещё одного зрителя. Сам Маклин выжил, не получив ранений.
После аварии и последовавшего за ней пожара гонку решили не останавливать, ибо 250 тысяч человек в панике устроили бы давку и, заполнив ближайшие дороги, создали бы помехи врачам при эвакуации раненых. В полночь, по просьбе Джона Фитча, была созвана экстренная конференция правления Daimler-Benz. Памятуя, как Франция относится к немцам даже спустя 10 лет после окончания Второй мировой и в знак уважения к жертвам аварии, «Серебряные стрелы» решили сняться с соревнований. И это не смотря на то, что немцы опережали бриттов из Jaguar на два круга. Через восемь часов после аварии машины Фанхио с Моссом и Клинга с Симоном были отозваны. Гоночный менеджер Mercedes-Benz Рудольф Уленхаут предложил своему британскому коллеге из Jaguar Лофти Ингланду последовать их примеру. Но чаехлебы отказались и использовали такой шанс для победы. Хоторн и его напарник Буэб выиграли гонку.
На следующий день после трагедии в соборе городка Ле-Ман прошли похороны погибших, а Хоторн с Буэбом и руководством Jaguar праздновали победу, за что были раскритикованы журналистами. Ведь, по их мнению, из-за его нелепого маневра и произошла трагедия. Но расследование эту теорию опровергло и аварию признали несчастным случаем. Правда, Маклин был иного мнения. После всего он высказал Хоторну все претензии: «Это из-за его идиотского маневра все случилось! Он кретин!». Но Майки тоже был не пальцем делан и ответил Лэнсу, что тот сам дурак, ведь Хоторн предупредил о намерении свернуть в боксы, подняв руку вверх. Более того, в 1958 году Хоторн в автобиографии «Challenge Me The Race» снял с себя всю ответственность. А так как Левег погиб, то получается, во всем виноват Маклин. У Лэнса неплохо так бомбануло и он подал на бывшего друга в суд за клевету. Но дело так и осталось нерешённым, ибо в 1959 году Майкл Хоторн будет мчать под 200 км/ч на своём серийном Jaguar, на котором закусит привод газа и он погибнет в аварии в возрасте 29 лет.
В итоге, после инцидента во многих странах (Франция, Италия, Швейцария, Германия и др.) был наложен запрет на проведение автогонок, пока не будут улучшены стандарты безопасности. В США был распущен Соревновательный совет Американской автомобильной ассоциации, регулировавший автоспорт с 1904 года (в том числе, Индианаполис 500). В Швейцарии попали под запрет временные виды мотоспорта, такие как скоростной подъём, из-за чего соревнования приходилось проводить за рубежом. В 2003 были проведены дебаты в парламенте Швейцарии, нужно ли снимать запрет. 10 июня 2009 года Совет кантонов (одна из палат парламента) отклонил предложение о снятии запрета во второй и последний раз. И лишь в 2015 на территории Швейцарии прошли гонки «Формула-Е».
Оставшуюся часть Мирового чемпионата 1955 года провели лишь спустя несколько месяцев после аварии – в сентябре и октябре. И оба соревнования, RAC Tourist Trophy (Британия) и Targa Florio (Италия), выиграла и завоевала кубок конструкторов команда Mercedes-Benz. Джон Фитч стал главным сторонником мер безопасности и начал разработки в области безопасных дорожных авто и гоночных трасс. Именно ему принадлежит одно из самых популярных и незатейливых средств безопасности в автоспорте – бочки Фитча. Это цилиндрические отбойники, наполненные песком или водой. Трасса 24 часа Ле-Манн тоже подверглась изменениям. Главную трибуну и пит-лейн снесли и отстроили заново. Между трибуной и трассой прорыли широкий ров. Площадь пит-стопов была увеличена и упрощен заезд. Также была увеличена полоса замедления.
После победы в Targo Florio команда Mercedes-Benz заявила, что уходит из автоспорта и хочет делать серийные авто. Вернётся в кольцевые гонки мегакорпорация лишь в 80-х годах. Команда Jaguar тоже была распущена спустя несколько месяцев и в автоспорт вернулась лишь через 30 лет. Фанхио и ещё один водитель Jaguar Норман Деуис больше никогда не участвовали в гонках Ле-Ман.
Автомобиль Маклина – Austin-Healey 100, успел побывать в нескольких частных коллекциях, пока в конце концов не попал на аукцион. В 1969 году его купили за 155 фунтов стерлингов. В декабре 2011 года болид продали за 843 тысячи фунтов стерлингов (1 323 915 долларов). В машине присутствовал родной двигатель SPL 261-BN, и до аукциона авто стоило 800 тысяч фунтов стерлингов. Хотя не ясно, кто будет брать машину с такой жуткой историей, да и в таком печальном состоянии от простоя в сарае.
По мотивам событий был снят анимационный фильм «Ле-Ман 1955», а также в Ютубе есть киносъемка с гонок. Также отсылка к трагедии есть в фильме «Пункт назначения 4». На месте трагедии установлен мемориал в честь погибших.
Автор - Серега Кучма