Глава 39.
Прошло несколько дней, настали долгожданные выходные.
Первой проснулась Настя, она растерянно посмотрела на Олега.
- А ведь я действительно люблю его. - Мыслила она. - Да у меня был до него только один мужчина, которого я любила, а все остальные только тела. Олег по жизни честный человек. И мне хочется ему сказать, что так нельзя жить, что бы без небольших интриг, без наивного двоедушия, без этого просто не обойтись, если ты ещё не женат.
После того непростого разговора они больше не общались, а вот ночью они снова были вместе. Это были лучшие минуты, когда в постели после обоюдного амурного исступления, воцарялась расслабленность.
Настя, упорно пыталась вбить в мою голову, как она считала кое-что важное и поэтому, когда я засыпал, она мне внушала свои мысли. Она, не переставая, говорила в минуты близости о том, какой я сильный и отзывчивый, сплошное восхищение. Она пыталась меня заставить посмотреть на себя со стороны и возобновить интерес к нам как к паре.
- Ты так считаешь? – спрашивал я и засыпал, плотнее прижавшись к её телу.
Я всё чаще стал замечать, что Настя зевнёт и притворится спящей, что бы понаблюдать за мной. А когда просыпалась, то неизменно, протягивала руку, что бы убедиться, что я рядом, а потом, успокоившись, приоткрывала глаза, что бы посмотреть на меня спящего.
- Олежка, я мечтаю, что бы ты проснулся совершенно другим, — однажды сказала она мне, — влюблённым, как раньше в меня.
Как-то я встал раньше, что бы позаниматься с конспектом. Я сел на стул у окна на кухне, раскрыл учебник и стал просматривать материал для реферата.
Неожиданно из спальни раздался душераздирающий крик, я отложил, в сторону учебник и бросился в спальную. Настя сидела на кровати и плакала.
- Что случилось? – спросил я.
- Ты не мужик, — тихо сказала она.
- Что в твоём понятии быть мужчиной? - спросил я, — если это смелость, то я не заячья душа. А, что касается мужской силы, у меня её хватит надолго, могу поделиться.
- Ты эгоист!
- Ты так считаешь? – спросил я, — объяснись.
- Ты рядом со мной ради себя, но не ради нас, — говорила, глотая слёзы Настя, — ты просто пользуешься мной, для того, чтобы заполнить пустоту в душе.
- Ты права, — ответил я, — это так.
- Я для тебя долгое время являлась опорой, — говорила она, — мне никто не нужен. Я влюблена в тебя! Пойми же ты наконец-то ты!
- Твоя опора прогнила и мне она больше не нужна.
- А что тебе нужно?
- Мне нужен чистый глоток свободного воздуха.
- Тебе нужна Лена?
Я махнул на неё рукой и направился к учебникам. Через несколько минут она появлялась на кухне в халате.
- Олежка, прости меня, — просила она и плакала как ученица, утирая кулачком слёзы со щёк, — ещё немного и меня покинут полностью жизненные силы.
- Я не знаю, как это сделать, — признался я.
- Ты же не был таким.
- Раньше меня никогда не предавал.
- Этого больше не будит, — простонала она, — ты же меня заставляешь жить, так как тебе хочется. Мне больше всего больно, когда ты безразличен ко мне и не хочешь со мной общаться.
- Не хочу.
- Я тебе вручила свою душу и тело.
- Но перед этим ты всадила мне между лопаток кинжал.
- Прости меня, — прошептала она, — но ведь и у тебя были связи.
- Разумеется, — ответил я, и вид у меня был рассерженным, — но это было, до тебя и я никогда не обманывал своего партнёра. И это всегда было несерьёзно.
- У меня тоже все связи были несерьёзными, – прошептала она, — они все ничего не стоят тебя.
- Сейчас я слушаю тебя и не испытываю ни каких чувств, — ответил я, — мне кажется, что сижу я на лекции, не имеющей ко мне никакого отношения.
- Значить всё так печально в наших отношениях?
- Пока не понял, — ответил я, — вначале наших отношений я тебя хотел, как каждый мужчина, смотрящий на тебя, строптивую и недоступную. Я мечтал сделать тебя послушной и провести с тобой ночь.
Настя, подошла вплотную ко мне, взяла мои руки в свои и стала целовать их. Я чувствовал, как бьётся её сердце, как она боится дышать рядом со мной. Она вся превратилась вслух.
- Но после того, что произошло с нами, — продолжал я, я понял, что больше не смогу тебя так любить, как прежде. Мне приятно с тобой проводить время, мы дарим друг другу радость и ласку, а также мы теперь оба свободные люди. Ведь мы меньше по ночам скучаем вдвоём. Вот как-то так.