Когда я поступала на эту работу, нам объявили, что работаем мы нелегально. Сказали прямо, ничего не скрывая. А потом после трех дней стажировки принесли на подпись какой-то договор. А может быть, не договор, я не успела прочитать, что это было, но подписала листочки. Кроме того, сняли копию паспорта, и я своей рукой вписала туда свои паспортные данные.
Подписала и думаю: ладно, сейчас дадут мне мой экземпляр, почитаю, о чем там. Рабочий день прошел, и я только в метро вспомнила, что мне ничего не дали. На следующее утро на рабочей пятиминутке руководитель после своей речи говорит:
- Так, вопросы есть?
- Есть, - отвечаю я. – Вы не отдали мой экземпляр договора.
Мне показалось, я сказала что-то неприличное – такое наступило молчание.
- Договор составляется в единственном экземпляре, - произнесла Фарида Гусмановна в гробовой тишине.
- Как это?
- Договор составляется в единственном экземпляре, - зловеще повторила она.
- Этого не может быть.
- Что???
- Договор заключается между двумя сторонами? Мной и работодателем, так? Значит, экземпляра должно быть два.
- У нас один.
- Хорошо. Тогда сделайте, пожалуйста, для меня второй экземпляр.
- Да что вы себе позволяете!
- Я не понимаю причину вашего возмущения. Я оставила там свои паспортные данные и подпись. Я хотела бы понять, что содержится в тексте, который я подписала.
- Ничего с вашими данными не будет! Там все законно!
- Да?
- Да! Здесь все так подписывают, и ничего ни с кем не случается! Одна вы чего-то требуете. Вы хотите привлечь к себе внимание?
- Вообще-то, да. Я хотела бы привлечь к себе внимание в связи со случившимся.
- Со случившимся???
- Да. В связи с тем, что у меня взяли паспортные данные и подпись для неизвестных целей.
Я думала, с ней случится удар. Она как будто начала задыхаться и кричать одновременно. Представьте, человек хватает ртом воздух и, давясь, выкрикивает какие-то звуки.
- Вы мне не доверяете? – только и смогла разобрать я.
- Нет.
- Почему?
- Я вас вижу третий раз в жизни.
Наверное, чтобы как-то выплеснуть закипевшую в ней энергию, Фарида Гусмановна принялась метаться по офису. Телосложение у нее приземистое, колобкообразное, поэтому она, скорей, не металась, а каталась из угла в угол. А дышала при этом, как загнанный зверь.
- Я со дня основания компании работаю! – вскрикивала она. – Я всегда до последней копейки! Спросите хоть девочек, я всегда… - и дальше что-то надрывное про свою честность.
- Да, – сказала одна из «девочек». – Мы тут по десять лет работаем, а вы только пришли и начинаете.
- Фарида Гусмановна нас никогда не обманывала!
- И вообще…
- Вы самая умная?
По офису прокатился шепот осуждения. Всеобщий выдох и взгляды, которые говорили мне: да как ты посмела?
У меня было такое чувство, будто я разрушила чье-то тихое семейное счастье. Тут люди с верой друг к другу, а я с сомнениями. Ну не могу же я, в самом деле, подписывать всё, что мне дают, и даже не поинтересоваться, что?