У Владимира Набокова есть пронзительный рассказ о том, что мы живы до тех пор, пока нас помнит и носит в своем сердце и голове хотя бы один человек. Не обязательно родственник или любимый. Вполне себе даже случайный на эту роль подойдет. Например, тот, кому мы как-то по-особому наступили на ногу в метро — и он не может этого забыть. Или даже сын этого человека, которому тот, с отдавленной ногой, это рассказал. Или внук… И вот пока этот внук не помер, живы и мы.
Эта мысль может наполнить человека радостью. В скольких людях мы отразились! В скольких снах, воспоминаниях и рассказах существуем! Мы бессмертны или по крайней мере долгоживущи.
Сегодня вот я поспособствовал продлению лет одного хорошего человека. Это был мой ученик, потрясающе безграмотный и потрясающе красивый. Девушки ложились за ним не то что штабелями, а прямо не знаю даже слова чем. Ввиду этого обстоятельства русская орфография в его системе координат была делом совершенно неважным, но он хорошо ко мне относился, и мама наседала, и поступать куда-то зачем-то было надо — и он, в перерывах между девушками, великодушно снисходил до уроков русского языка со мной.
И вот этот безграмотный Ловилаз (так какие-то не помню уж дети переделали непонятное западное имя в понятное наше) научил меня правильно писать слово «трещотка». Я всегда перед этим словом напрягался, вспоминал какие-то правила, суффиксы там всякие, части речи, о-ё после шипящих — и все равно не был уверен в том, что пишу правильно. Слепое пятно у меня на это слово.
И вот диктую я этому мОлодцу в каком-то диктанте слово «трещотка» — и он пишет его правильно, через О. «О! — говорю я. — О! Какой ты молодец! Такое сложное слово написал верно! Можешь объяснить почему?» Ну, думаю, сейчас он про правила, суффиксы там всякие, части речи, о-ё после шипящих скажет… Все ж таки не зря у меня учился… Все ж таки я талант, если смог такого обучить тому, чего и сам не умею…
А он в ответ:
«В слове «трещотка» пишется О, потому что пишется О в слове «клоун»…»
Я чуть не задохнулся от изумления: «При чем тут клоун?! Ты вообще ничего не соображаешь?» А он улыбнулся так широко и немножко виновато и говорит: «Ну так клоун, он, это самое, всегда с трещоткой…» И так рукой покрутил, как будто у него в этой руке такая детская трещотка на палочке… И улыбнулся еще шире…
Какими словами я ругал его дальше, не скажу. Скажу только, что после этого случая всякий раз, когда мне надо написать «трещотка», я вспоминаю «клоуна» — и пишу верно… Благодаря кому? Да-да, благодаря вот этому безграмотному остолопу, дамскому любимцу с ослепительной улыбкой, дай бог ему всяческого здоровья на самом деле, потому что он был не нарцисс, а очень добрый парень.
По доброте душевной он поделился со мной еще таким знанием:
«В слове «дивизия» пишется И — «дИвизия» — потому что там нет «дЕвушек»…»
Но это слово у меня и так получалось писать, поэтому ничем он меня не поразил. Кроме разве оригинального устройства мозгов…
А сегодня я передал эстафету и научил свою очередную ученицу тому, как писать слово «трещотка». И еще одним корешком укрепил этого знатока русского на этой земле… На многие годы…
А потом решил рассказать об этом здесь, чтобы корешков этих стало еще больше. Жалко, что ль, для хорошего человека?
Если вы хотите побывать вместе с нами на нескучных уроках литературы, увидеть новое в привычных школьных произведениях, посмеяться и задуматься над случаями из учительской практики, вместе с детьми пройти путь понимания сложных текстов, подписывайтесь на мой канал и читайте предыдущие статьи:
Удивительный Некрасов: подростки влюбляются в него, если правильно о нем рассказать.
Чем больше читаешь Кортасара, тем меньше его понимаешь. Рассмотрим пример из рассказа «Автобус».