Всем привет! Меня зовут Таня, я пишу тексты для бизнеса, но большей интерес моих читателей занимают мои интернациональные отношения.
Мы с Норайром вместе полтора года. Вначале мой папа был в шоке. Он намекал мне, что отношения с армянами – не лучшая затея. Подруги скидывали интервью обманутых русских женщин бессовестными армянами. Но мы то с вами знаем, что нация нацией, а люди хорошие есть везде. Мой как раз из таких.
Но влюбленность не вечна, и только на ней счастья не построишь, поэтому я считаю важным составить некий «контракт» отношений. Дело не в имуществе или деньгах, а в поведении.
Ведь верить в то, что нас любят такими, какие мы есть, просто так, довольно детская позиция. Для стабильных отношений нужно ещё много составляющих. Помимо уважения, заботы и верности есть фактор поведения.
Даже если очень любить человека в один день можно захотеть скинуть его с окна за раскиданные носки, любовь к выпивке или чему-то другому.
Поэтому мы сразу проговорили, что Норайр не хочет видеть в своей девушке. Я приняла его позицию, потому что она близка моему поведению и не нарушает принципы. Конечно, я была бы против ежедневного мейкапа, вечных гостей дома и вечеринок до утра. Просто потому что это не про меня. И «ты же меня любишь, пойдём тусить» не сработало бы.
Но его аргументы мне близки, поэтому я решила поделиться тем, против чего мой парень-армянин. Те, кто не любят кавказцев наверняка уже придумали, что я должна готовить про 300 блюд и мечтать жить с его семьёй, но всё сильно проще.
Норик против, когда женщина ругается матом. Одно слово при сильных эмоциях может быть. Если не сдержалась, ну что уж тут. Но трёхэтажные матерные поэмы могут довести его до инфаркта. Дело в том, что он просто не привык слышать матные слова от женщин.
Ему это кажется слишком грубым и до ужаса противным. Но бывают моменты, когда слово из шести букв на «П» лучше описывает, как всё плохо. Тогда он даже поддакнет, но это бывает очень-очень редко. Поэтому у нас дома безматерный закон.
Норайр был и всегда будет против короткой одежды. Так вышло, что этим летом мы были в России, и Норо был в шоке. То, что я считаю нормальными шортами, он называет трусиками. Сантиметров 7 выше колена – это нормально, но если ещё выше, то уже неприлично. Из этого пункта следует то, что никто и никогда не увидит мои фотографии с пляжа в купальнике. Это логично.
А если выйти ночью гулять в коротком платье, то потом можно ожидать долгий и малоприятный разговор. Мало того, что короткие платья под запретом, так ещё ночные прогулки. Можно только если он со мной. Он аргументирует это приличием и тем, что со мной может что-то случиться. И то, что я не нежная армянка, а могу постоять за себя – не аргумент.
Когда мы только поговорили об этих правилах, мне начали капать на голову: «Вот, он тебе запрещает всё. Потом вообще из дома не выпустит». И я испугалась, а потом подумала своей головой.
Эти правила никак не противоречат моим принципам. Я и без него не носила короткое, и в бары ходила не часто. Напрягают меня его просьбы? Нет.
Исполнить мне их не сложно, особенно когда я знаю, что это будет дарить ему спокойствие. А отношения на иголках мне не нужны. Ведь мы вместе, чтобы каждому из нас было хорошо, а не нервно. У меня тоже есть свои правила, но о них напишу позже)
Расскажите теперь вы, в ваших отношениях есть какие-то правила?