Я сделал несколько попыток вычитать на русском языке где-то что-то осмысленное об этой скульптуре и не смог.
И – кто, кроме нас! – бросился спасать честь неприкладного искусства.
А неприкдадное – это то, в котором особенно резко проявляется нецитируемость художественного смысла. Содержание этого смысла не дано сознанию самого художника. Рискую, но предположу, что самому Крылову в голову не пришло, что он первым в России, а может и в мире, открыл реализм в искусстве, сочинив басню «Стрекоза и Муравей» (1808), в которой его подсознательный идеал «сказал» нашему подсознанию, что любые залёты – это плохо. До своего реализма он воинствовал на ниве Просвещения.
Ты здравым хвалишься умом везде бесстыдно,
Но здравого ума в делах твоих не видно.
Или беспутно ты являешься надмен,
Или некстати подл и слишком унижен;
На свете редкие ты вещи презираешь,
Тогда как к мелочным почтителен бываешь;
Ты любишь вредное, от здравого бежишь,
В надежде ты пустой лета свои влачишь;
Или уныние томит тебя напрасно;
Или на свете сем всё кажется опасно;
Не ужасаешься зловредных лишь вещей.
Послушай ты меня, последуй мысли сей,
Что настоящее с прошедшим съединится
И будущее впредь, как бывшее, явится.
Ты блага твердого не твердо лучшим чтишь,
Не вещию себя, ничтожеством манишь.
1786
И скис, никого не пронимая. И сделал вывод… Вернее, его подсознание сделало вывод.
И у Фишера тоже есть свидетельство не данности его сознанию содержания его вдохновения. – Он-то сознанием думает, что выразил, скажем так, пушкинское «Куда ж нам плыть»:
XI
И мысли в голове волнуются в отваге,
И рифмы легкие навстречу им бегут,
И пальцы просятся к перу, перо к бумаге,
Минута — и стихи свободно потекут.
Так дремлет недвижим корабль в недвижной влаге,
Но чу! — матросы вдруг кидаются, ползут
Вверх, вниз — и паруса надулись, ветра полны;
Громада двинулась и рассекает волны.
XII
Плывет. Куда ж нам плыть?..
1833
Род кризиса был у Пушкина в 1833 году.
Его идеал последнего времени, - консенсус в сословном обществе, - не выдерживал испытания жизнью. Надо было с ним прощаться и обращаться к иному. А какому?
Фишер думал, что, взяв темой глину, то, с чего начинает скульптор свою новую работу, он что-то на тему Начала скажет. И выразить хотело сознание Фишера вот эту лёгкую растерянность, когда еще нечего ему людям нести.
Но тут вмешалось подсознание. Заставило отказаться от глины, как материала нестойкого, и перейти к алюминию. Вещь на века. И колоссальность идеи – соответствующая. А в чём? – Шиш. Сознанию не дано.
А подсознание «знает», что воспеть надо результат краха ТАКОЙ степени, чтоб он «отдалял человека от его конкретных интересов» (https://natural-colours.livejournal.com/43730.html). От каких бы то ни было интересов, что есть в Этом мире, плохом-преплохом. Чтоб захотелось улететь вообще в какое-то метафизическое иномирие.
Что предполагает огромное усилие… – Чему образ эта 12-тиметровая махина.
И что предполагает активное какое-то Ничто. (Стоит всё же это нечто, а не лежит!) В отличие от пассивного Ничто буддизма. Тоже бегства из этого страшного мира.
Обычным людям не свойственно впадать в такое запредельное разочарование. Вот они и не понимают своими сознаниями, что это выражено. А прислушиваться к своему подсознанию (которое неминуемо почувствовало, о чём речь) обычные люди тоже не привыкли. – Вот и поносят эту вещь.
23 августа 2021 г.