Найти в Дзене
Konstantin K.

Рок-звезда, или история одного полёта.

Рок-звезда или история одного полёта. Был в моей рабочей жизни период частых, но коротких (буквально однодневных) командировок в любимый Санкт-Петербург. Вернее, до описываемого периода он был совершенно ненавидим мной, но именно те поездки заставили меня иначе взглянуть на этот город и полюбить его так, как может это сделать сноб-москвич. До тех пор город казался мне однообразно серым, унылым и категорически неухоженным. Ну да не суть.  В середине декабря 2012 года случилась у меня очередная командировка в Питер, из которой я возвращался со своей коллегой. Приехав в Пулково, мы зарегистрировались на рейс, выпили чаю и направились в сторону гейта. Если кто помнит, в Пулково на перроне было два сателлита-«накопителя», из которых людей сажали в самолеты (говорят, в давние времена из этих накопителей люди пешком шли непосредственно до борта).  Здесь я сделаю небольшое отступление и расскажу немного об этом решении. История гласит, что комплекс Пулково-1 был построен в 1973 году и стал

Рок-звезда или история одного полёта.

Был в моей рабочей жизни период частых, но коротких (буквально однодневных) командировок в любимый Санкт-Петербург. Вернее, до описываемого периода он был совершенно ненавидим мной, но именно те поездки заставили меня иначе взглянуть на этот город и полюбить его так, как может это сделать сноб-москвич. До тех пор город казался мне однообразно серым, унылым и категорически неухоженным. Ну да не суть. 

В середине декабря 2012 года случилась у меня очередная командировка в Питер, из которой я возвращался со своей коллегой. Приехав в Пулково, мы зарегистрировались на рейс, выпили чаю и направились в сторону гейта. Если кто помнит, в Пулково на перроне было два сателлита-«накопителя», из которых людей сажали в самолеты (говорят, в давние времена из этих накопителей люди пешком шли непосредственно до борта). 

Здесь я сделаю небольшое отступление и расскажу немного об этом решении.

История гласит, что комплекс Пулково-1 был построен в 1973 году и стал ярким примером архитектуры развитого социализма: железобетонное здание с огромным по тем временам операционным залом аж 135 метров длиной, увенчанное пятью световыми фонарями (в просторечии «стаканами»). Идеей архитекторов и инженеров, проектировавших это здание было разделение прилетающих и улетающих потоков людей, полное их непересечение. Концепция также учитывала идею о том, что самолеты тех лет изменили сознание людей, т.к. позволяли преодолевать немыслимые расстояния за короткий промежуток времени, но при этом существовавшие тогда в СССР аэропортовые комплексы были достаточно «громоздкими» с точки зрения всех процедур, которые пассажир должен проходить при вылете и прилёте. Прямо на перроне Пулково были построены два павильона-сателлита, из которых производилась посадка пассажиров на самолеты. От здания аэропорта к этим сателлитам вели тоннели, в которых были установлены траволаторы. Сейчас это весьма привычная штука, а в 70-е годы это было явным новшеством. С технической точки зрения пулковские траволаторы были обычными эскалаторами, которые производились для метро, только двигающимися горизонтально. В остальном, вплоть до отделки деревянными панелями, поручней, подвижной части – все было аналогичным с метро. За прогрессивные и современные решения, использованные во время проектирования и возведения аэропорта Пулково, группа его авторов была удостоена Государственной премии. 

Эта поездка стала для меня единственной, когда я попал на борт самолета именно через этот подземный тоннель, и по траволатору в «накопитель». Говорят, что достаточно долго в 90-х подземные тоннели не использовались, стояли «замороженными», но в силу каких-то обстоятельств уже в 2010-х северный сателлит был запущен и какое-то время снова функционировал. На меня это решение произвело неизгладимое впечатление, настолько, что я достаточно много времени посвятил изучению постройки пулковского аэропорта.

Мы с коллегой по тому самому траволатору добрались до сателлита, и поднявшись в него я обратил внимание на компанию из 10 мужчин, которые своим внешним видом выбивались из общего ряда пассажиров. Одеты они были уж слишком нехарактерно как для наших сограждан, да и совсем не по погоде: худи с яркими принтами с накинутыми на головы капюшонами, из-под которых виднелись у кого повязанная бандана, а у кого – бейсболка, на ногах массивные кроссовки или желтые «Тимберленды» и шорты. Да-да, именно шорты, невзирая на середину хоть и очень тёплого, но декабря. Разговора не было слышно, но иностранцы угадывались безошибочно. Подошло время посадки на борт. Мы с коллегой особенно не торопились лезть вперед. Зайдя в самолёт, мы нашли свои места, которые оказались прямо за двумя весьма громкими иностранцами из той самой группы. Слух и ощущения не подвели – американцы. Они гомонили во весь голос, перекрикиваясь через ряды. У меня в голове усиленно шёл мыслительный процесс: я смотрел на эту компанию и никак не мог понять, кто это такие. Вдруг меня осенило и я вежливо обратился к паре сидящих впереди нас: 

- Простите, вы ведь американцы?

- Да. 

- Вы же музыканты, верно?

- Да, правильно. 

- А вот вы – барабанщик..? 

Он практически перегнулся к нам через спинку своего сидения: 

- Да, а как ты это понял? 

- У меня двое друзей играют на барабанах, руки барабанщика ни с чем не спутаешь.

Он посмотрел на свои мощные, развитые кисти рук и засмеялся:

- Да, а ведь точно! 

- Парни, вы ведь из группы Элиса Купера? А там, в бизнес-классе сидит сам Элис? 

Барабанщик вытаращил глаза:

- Тебе сколько лет? 

- 33.

- А как ты в твоем возрасте его смог узнать!? 

- Я вам так скажу: первую фирменную кассету в своей жизни я увидел в 1989 году и это был альбом Элиса Купера «Trash»... 

На самом деле, узнать икону хэви-металл без привычного ему грима на лице было трудновато. Я действовал, как учил Конан-Дойл: сопоставил факты, проанализировал наблюдения и получил необходимый вывод. Музыканты... американцы... Повспоминав концертные афиши, попадавшиеся мне на глаза в последнее время, я «выстрелил» в них своей догадкой. Добавьте сюда единственного пассажира бизнес-класса, которого я заметил... Элементарно, Ватсон!