Искусство должно быть реалистично и понятно без слов. Это распространённое, но ошибочное мнение.
И была бы моя, Киры Салимовой, воля, то все картины в музеях заменили бы описаниями. А это уже шутка. В этом обвинил меня один комментатор, когда в связи с установкой скульптуры «Большая глина №4» я стала рассказывать историю «Чёрного квадрата».
Но понятно ли без слов реалистичное искусство? Надо ли ещё что-то читать об очевидных, казалось бы, сюжетах? Пора открывать ещё одну рубрику.
Давайте рассмотрим играющих детей известной русской художницы Зинаиды Серебряковой. Два мальчика и две девочки сосредоточенно собирают шаткую конструкцию. Когда я увидела эту работу на ретроспективной выставке Серебряковой в 2017 году, то долго перед ней не задержалась, не зная обстоятельств её создания. Сильных эмоций у героев не видно, размер картины скромный, да и холст висел прямо у дверного проёма. Мы с сыном тогда только приехали с вокзала, попали под дождь, промочили ноги, и я как-то автоматически быстро прошла в другой зал.
Спустя время мне стала известна грустная история этой картины, которую я сейчас расскажу и вам.
После революции Женя (11 лет), Саша (10 лет), Тата (5 лет) и Катя (4 года) с мамой и бабушкой бежали из родного имения Нескучное. Уже зимой 1917 года начались грабежи домов помещиков, и семья переехала сначала в Змиёв, а потом в Харьков. Глава семейства, Борис Анатольевич Серебряков, был арестован, и полгода о нём ничего не было известно. Потом он работал в командировках как специалист по дорожному строительству, а в марте 1919 года Борис умер у художницы на руках от сыпного тифа — заразился по пути домой из командировки.
Вот эти события и отразились в метафорической, как теперь становится понятно, композиции. Родное имение разграблено и сожжено, отец умер, семейство бедствует, чего ещё ждать от завтрашнего дня? Будущее непрочно и зыбко, как карточный домик.
А дальше было вот что: Зинаида Серебрякова не примкнула к футуристам и не стала изображать портреты комиссаров. Чтобы кормить больную мать и четверых детей, она работала в Харьковском археологическом музее, зарисовывая экспонаты. В декабре 1920 года Серебряковы перебрались в Петроград, а осенью 1924 года художница получила хороший заказ в Париже, откуда ей уже не суждено было вернуться. Лишь двоих детей при содействии Красного Креста удалось переправить Зинаиде Евгеньевне — Александра и Екатерину. И тридцать шесть лет прошло до того момента, когда сын Евгений смог обнять её в Париже! С Татьяной встреча так и не состоялась.
«Карточный домик» простого женского счастья Зинаиды Серебряковой рассыпался, но семейная династия не прервалась, и все Серебряковы потрудились на ниве искусства, став художниками, реставраторами и архитекторами. А в 1965 году, в Москве в Выставочном зале Союза художников СССР состоялась прижизненная выставка Зинаиды Евгеньевны, где экспонировалось более 250-ти её произведений, созданных в России.
#история картины_кс
Берегите вдохновение!
Ваша К. С
Неразвёрнутая конфета Николая Жукова, художника, нарисовавшего октябрятскую звёздочку