Сегодня поделюсь с вами историей любви. Она не совсем про детей, а я чаще всего пишу о них, хотя в итоге, про детей тоже. Записано со слов очень близкого человека. Все имена изменены, совпадения неслучайны, факты сохранены, художественный тюнинг добавлен.
Говорят, если женщина полжизни занималась одной карьерой, для баланса ей надо следующие полжизни заниматься семьёй. И наоборот. У меня так и получается. Правда, достигла ли я этого баланса? Время покажет. Да и надо ли его достигать? Как вообще баланса можно достичь? Баланс — это что-то иньское, а достигаторство — янское. Достичь баланса, это как убиться в медитации, бороться за гармонию... оксюморон, чушь.
До 35 лет я только и занималась достижением. Впахивала с 16 лет. Училась на отлично в школе, поступила на бюджет. С 11 класса работала, вела частные уроки, потом ещё пекла торты на заказ. У меня в 19 лет денег было уже больше, чем у отца с матерью, вместе взятых. Им на заводе не платили месяцами. Я училась и работала. Училась и работала. Я даже на дискотеки не ходила, мне было некогда.
После университета попала в корпорацию, единственную в нашем городе. Там мечтали работать все, а брали избранных. Начались командировки, заграница, быстрый карьерный рост. Мне всё было мало, я жила, как гонщик Формулы 1. В 24 переезд в столицу. В 27 топовая позиция, свой кабинет. В 30 ушла в декрет и прямо из него открыла свой бизнес, причём успешный. Ну а там, сама знаешь, свободы много, а времени сильно меньше. Ты со своей работой ночью ложишься, утром встаёшь, сны видишь про неё же.
Мне до 35 лет казалось, что я абсолютно счастлива. Любимое дело, любимый город, любимый муж. Всегда, абсолютно всегда, главным было то, что у меня любимый муж.
О да, про это книгу можно писать. Мы вместе с 16 лет. Нас называли Ромео и Джульеттой. Это была классическая красивая история любви. Он обожал меня, я обожала его. Было всякое, конечно. Ссоры, ревность, страсть, тайные встречи в аэропорту, ванны с шампанским и романтика в подсолнухах. Мне сейчас кажется, что всё так и было до самого конца, точнее, до начала второй части нашей саги. Может быть, память что-то стёрла. Но он ничем, никак не показывал, что ему со мной невозможно жить. Ну то есть, недовольство было, конечно, и у меня, и у него, но оно вроде бы было незначительным, не таким, ради которого можно всё перечеркнуть.
Когда всё произошло, те мои друзья и близкие, которые об этом узнали, все в один голос спрашивали: «Как же так? Ты же всегда-всегда говорила, что он — лучший, и что ты с ним абсолютно счастлива». И мне казалось, что я так говорила. Ещё когда это произошло, я часто слышала от тех, кто нас знал, что это убило их веру в любовь. «Если не вы, то кто...»
В 35 лет, когда я была беременна вторым сыном, на девятом месяце, муж вернулся одним вечером из командировки и сказал, что не может больше быть подлецом, что у него уже год другая женщина, он с ней в раю, любит невозможно, и жить со мной больше не готов ни дня.
Я, наивная, никогда-никогда даже мысли не допускала, что мы можем вдруг не быть вместе. Он был моей второй кожей, моими порами, сосудами, всем тем, что для жизни необходимо. Когда он сказал эти слова, я физически почувствовала, что не могу дышать, что внутри заглох какой-то мотор. Раньше я видела истории измен в кино или читала о них в книгах и думала, что со мной этого произойти не может. Но если вдруг, то я, конечно же, встану и уйду, не раздумывая. А в моменте, почему я так себя повела, до сих пор не знаю. Я вдруг так явно за секунду себе представила, что вот сейчас мы расстаёмся, он уходит, а через пару лет уже понимает, что ошибся, что там всё то же самое, и надо было над отношениями работать, а не убегать, придёт ко мне за вторым шансом, а я уже его не дам, потому что, вот если бы сразу, то это одно, а так, через годы, это другое, у шанса будто есть срок годности. А потом он перебирает одну женщину за другой, а я тоже мечусь между отношениями. И в итоге всё равно остаёмся одинокими. И вот нам по 100 лет, и оба у смертного одра, только каждый у своего, лежим и думаем, что самая большая ошибка в жизни была совершена тогда, в 35 лет. Он ошибся, что сбежал и не стал чинить, я ошиблась, что не простила.
В общем, нагаллюцинировала я себе эти предсмертные страсти и вдруг начала говорить, что я его безумно люблю и никуда не отпускаю, что надо срочно всё исправлять, и ещё какую-то чушь. Тогда это, правда, чушью не было, я так, правда, думала.
А он так сел рядом со мной, взял мою ладонь в свою и начал мне рассказывать, почему это вообще всё произошло. Оказалось, что я слишком жёсткая, требовательная к себе и к окружающим. Что он устал от вечного напряжения. Что со мной всегда хочется ходить по струночке. Что я женщина-робот: спорт, работа, чистота, идеальная внешность, план на день, план на год, списки книг, списки фильмов, ни капли в рот, регламент во всём. Проблема в том, что я не просто такая, я ещё искренне удивляюсь, когда другие не такие. Он со мной не мог расслабиться, чувствовал себя недостаточно образованным, недостаточно стройным, недостаточно красноречивым, недостаточно успешным. При том что к этому моменту зарабатывал уже раз в десять больше меня. Сказал, что давно ведёт двойную жизнь, при мне носит некую маску, а без меня, на работе, в командировках эту маску снимает, и там он такой рубаха-парень, что он, вообще-то, давно любит выпить, и нет у него обостренного желания достигать ещё больше в карьере чего-то, а я будто этого от него всё время жду. Что новая девушка называет его богом, заглядывает в рот и ничего, совершенно ничего не требует.
Последние 20 лет на перемотке пробежали перед глазами. Я поняла, что он прав. Я, действительно, загоняю себя, его, близких. Что я, возможно, никого не сделаю счастливым, и могу сколько угодно искать новую любовь, но надо что-то менять, иначе все новые также от меня будут сбегать. А если есть задача в себе что-то поменять, то почему бы старые отношения не наладить? Я всё это ему выложила в ту ночь. Мы говорили до шести утра. Он был в шоке. Он ожидал чего угодно, истерики, проклятий, обиды, гордыни, но только не этого. Я и сама меньше всего ожидала от себя такой рефлексии.
Он попросил сутки на подумать. Он поехал к ней. Вернулся серого цвета. Сообщил, что там произошел крупный скандал. Что была общая договорённость всё рассказать супругам, да, у неё тоже был муж и ребёнок. Но в итоге рассказал только он. А она на всякий случай — нет. Что, когда она услышала его сомнения, она закатила истерику, и вот там как раз были и проклятья, и обида, и гордыня, всё то, что ожидалось от меня. Он сказал, что из нас двоих любящей выглядела я, а она — девушкой с ущемлённой самооценкой.
Он остался. Вторая волна наших отношений развивалась так бурно, что это не сравнить с нашей юношеской влюбленностью, страстью. Уже через три дня мы уехали в тихий пансионат на озере, где несколько суток не разжимали рук. Мы оба даже есть толком не могли, всё время смотрели друг на друга, обнимались и говорили-говорили. Наплевали на все запреты врачей, я уже вот-вот должна была родить.
Потом он был на родах, он принимал нашего младшего сына. И, казалось, что с ним он тоже никак не мог расстаться.
А потом от девушки пришло сообщение. Она объявила, что беременна. Муж сказал, что, если понадобится, с ребёнком поможет, но отношений быть не может. Она опять психанула. Потом от разных знакомых стало ясно, что изменяла она своему мужу часто, и, в общем-то, мой муж тоже не был единственной влюблённостью на стороне. От кого ребёнок, на самом деле, было непонятно.
Дальше у меня случилось какое-то помутнение. Сын родился. Окситоцины понемногу улеглись. И я начала анализировать. Стало очевидно, что жить с человеком, в котором ты не сомневалась ни секунды, а теперь не веришь ни одному его слову, невозможно, как раньше. Я по-прежнему его любила, у нас теперь было двое общих детей, невероятная близость, я больше его не дёргала. Но измена свербела. Мне хотелось понять, что со мной не так, казалось, что я должна разгадать какой-то секретный код, и что, пока я его не разгадаю, я не буду счастлива ни с кем.
Ты не поверишь, что я сделала. Я познакомилась с той девушкой. Муж мне так вдохновенно говорил в ночь объяснений о его новых отношениях. Я ожидала увидеть какую-то волшебную магнетическую красотку, вслед которой все оборачиваются, такую лёгкую на подъём, такую, у которой всё просто. Он, правда, уже через пару дней после тех признаний сказал, что весь год словно пелена была на глазах, и вот она упала. Но в моей голове застряли не эти слова, а слова про то, как там всё лучше, чем со мной.
Каково же было моё удивление. Она оказалась совершенно некрасивой. В ней были чувственность и шарм, но также очень бросалось в глаза, что этот шарм наигранный, что она буквально по какой-то внутренней команде его включает в присутствии мужчин, и выключает, когда околдовывать некого. Мы с ней встречались несколько раз, говорили о жизни, об отношениях, о детях даже и о ГВ. Мужчин у неё было много. Когда ей было 10 лет, отец ушёл от матери, с тех пор всех мужчин она считала «кабелями, крутила ими, как хотела и всегда уходила первой. Бросать должна была только она». Это цитаты. Мужа своего она уважала, он сделал ей много хорошего, но принципиально любви, страсти к нему не было, по её словам. Она призналась, что особо пылких чувств не испытывала ни к кому, что она вообще не была готова себя так «расплёскивать». Однако её знание мужской породы поражало. Она была лет на 10 младше меня, и тем не менее знала, что ими надо восхищаться, что никогда не стоит признаваться, что ты не в первый раз слышишь мысль, которую он выдаёт. Она умела сделать так, чтобы мужчина чувствовал себя единственным, гениальным и осмысленным.
Я не поняла, как её можно полюбить, но совершенно точно увидела, что её можно захотеть. Противоречивая смесь холодности и доступности. Она меня чем-то тронула. Мне вдруг захотелось стать такой же. Я даже какое-то одевалась, как она, а это были ультракороткие платья, я двигалась также медленно и немного сонно. Я подбирала те же слова.
Я даже была с ней. Не знаю, как это объяснить. Словно мне настолько захотелось влезть ей под кожу, что было просто необходимо с ней слиться. И ты знаешь, близость меня отрезвила. Она призналась, что так хорошо, как со мной, ей не было ни с кем. Что с мужчинами надо изображать страсть, а со мной можно было остаться собой. И вот это «собой» оказалось очень несчастным, ранимым, закрытым существом, которое замкнуто на своих детских обидах и ничего-ничего не может тебе дать эмоционально. Она — маска, аватар, образ, очень умело сыгранная роль. А большинство мужчин слишком поверхностны, чтобы это разглядеть. Это стало концом. Она потом хотела ещё встречаться, но меня словно отрезало.
Причём с меня, как листва, опала не только эта примеряемая мной личина, этот маскарад, который я пыталась копировать. Пропало всякое желание подстраиваться, не делать того, что я хочу. Я приняла себя полностью, даже с моей жёсткостью, с моими регламентами, планами, требованиями. Я уже никогда не стала совсем прежней, конечно, стойкий оловянный солдатик был повергнут. Я стала мягче, я научилась давать себе внутренние паузы, научилась не ждать от людей того, что требую от себя. Я была мраморным изваянием, а стала водой, стремительной, горной, сильной, но водой, которую уже нельзя сломать, потому что она умеет препятствие обогнуть, не зацепиться, не разбиться. Однако ты же понимаешь, что кардинально люди не меняются, в нас живут заданные с детства программы. Но в тот год между признанием мужа и встречей с этой девушкой меня моя программа мучала каждый день, я пыталась от неё отделиться, спрятаться. А теперь, когда я раскусила всю неискренность соперницы, я и программу эту свою приняла. Я просто такая и всё, не нравится, до свидания. Я решила, что любая программа лучше, чем бесконечная ложь.
Прошло ещё полгода, девушка возникла снова. Она позвонила мужу с наездом. Почему он порвал все контакты и неужели ему неинтересно знать, как живёт ребёнок. Странно. Прошаренная такая девушка, а не знает того, что у мужчин — с кем живёт, тот и ребёнок. Так почти у всех. Муж мне рассказал, он теперь мне всё рассказывал. С него тоже сползли все личины. За полтора года я увидела его совсем другим, тем самым рубахой-парнем, которого он прятал, более раскованным, более беззаботным. Честно скажу, мне не всё понравилось. Но я решила, пусть лучше будет честно. Так вот он мне рассказал. Я не выдержала и связалась с девушкой. Я сказала ей, что предлагаю даже больше, непросто всем нам общаться с её ребёнком, но ещё и финансово помогать. Только с одним условием — она делает тест ДНК, рассказывает мужу, и мы «по чесноку» принимаем ребёнка в лоно нашей семьи. Она, само собой, отказалась.
Что было дальше? Дальше была жизнь. Какое-то время я была вся в семье, максимально отошла от дел в бизнесе. Летела с мужем по первому зову в командировки. Мы сбегали внезапно среди недели в какой-нибудь роскошный отель. Дети росли. А нам всё было по 17 лет. Просто не было. Всё, что случилось, так и осталось каким-то фоном. Но это я тоже приняла. Приняла и тот факт, что, видимо, я очень зависима от этого мужчины. Конечно, он не стОит, видимо, и мизинца моего, конечно, он меня предал. Конечно, надо было отпускать его в ту ночь признаний, пусть бы хлебнул, его бы предали очень быстро. Конечно, он был неправ в том, что долго, очень долго не говорил, что ему было некомфортно, что предпочёл искать счастье на стороне, а не доносить до меня, где болит. Я всё это трезво поняла сразу и сейчас понимаю. Но не могу без него. Просто смирилась с этим, как с «аутоиммункой». Пыталась лечить, пыталась включить равнодушие, разлюбить. Не смогла.
А через пять лет после всех этих событий девушка мне позвонила. Не мужу, а именно мне. Пригласила на встречу. Встреча состоялась в онкологической клинике. Рак крови. Последняя стадия. Оказалось, что муж год назад начал задавать неудобные вопросы. Сын был подозрительно непохож ни на него, ни на неё, ни на кого-либо из родственников. Он сделал тест, который показал, что родственных связей между ним и сыном никаких нет. Муж ушёл. А теперь она умирает и просит нас ребёнка взять. Почему-то она была уверена, что я не откажу.
Я и не отказала. Мы забрали ребёнка. Он живёт с нами уже десять лет. Скоро учиться отправим в Германию. Профессию он выбрал такую же, как у моего мужа. Он вообще всё за ним повторяет. Хотя внешне непохож ни на меня, ни на него, ни на кого-либо из наших родственников.
Если вам понравилась статья, подписывайтесь на мой канал. Здесь я пишу о травле, о детях, о школе, о любви, делюсь лайфхаками и историями из реальной жизни.
Книгу «Травля: со взрослыми согласовано» можно заказать тут.