В предыдущей части я рассказал, как, работая на первого частного судовладельца СССР мы "подняли" из металлолома рыболовный сейнер и отправились на нём в Москву.
И вот мы в Бутаковском заливе.
По прибытии в Москву, руководство экологической экспедицией, предложило экипажу остаться на определённых условиях. У капитана не было речного диплома, и он отказался, а у старпома был, и его назначили капитаном. Ушли так же радист и один из матросов. Вернее они приняли другое судно, которое им предстояло перегнать в Питер. Жаль было расставаться. Срослись. Приехал новый старпом и матрос. Загрузили на борт снабжение, провизию, группу учёных с оборудованием. Ещё с нами пошли шестеро художников и корреспондент «Комсомольской Правды», чтобы освещать ход экспедиции. Под вспышки фотоаппаратов и объективами телекамер отвалили от причала. Про нас даже в программе "Время" показывали!
Учёные исследовали, корреспондент отправлял в редакцию депеши с каждой стоянки, а художники писали красоты российской провинции.
А посмотреть была на что.
Что ни говори, а при всей своей дикости и безалаберности, страна наша красивая. И народ хороший. Трогательные малые городки со старинными церквушками на пригорках. Старые монастыри, как в сказке, выплывающие из утреннего тумана. Природные ландшафты, вообще выше всяких похвал. А люди? Люди какие добрые! Немного провинциальной наивности, но всегда готовы придти на выручку. Женщин такой красоты и обаяния, я не встречал нигде в мире. Патриархальная Россия живёт своей особой неспешной жизнью, какие бы цари не правили этим государством. И вот на этом прекрасном фоне, махровым цветом, расцвела беспредельщина, безработица, проституция и беспробудное пьянство. Безрадостные перспективы будущего, народ заливает алкоголем.
До сих пор я не понимаю, каким образом в том государственном бардаке Университету удалось организовать экологическую экспедицию? Экология, по-моему, тогда никого не интересовала.
Кстати, водка тогда была дороже денег. Самая стабильная народная валюта. Водкой можно было расплатиться практически за всё. Но добыть её было нелегко. Поэтому на «Чёрный Принц» было загружено несколько десятков ящиков хорошей столичной водки. В процессе экспедиции необходимо было заправлять РС топливом, маслом и питьевой водой. А за деньги никто не продавал частникам. Вот водочка нас и выручала. И от того как сторгуешься с продавцом, зависело количество, сэкономленной, для драгоценной жидкости. Чем дальше от больших городов, тем больше экономия и тем веселей бывали стоянки. На ночь часто вставали на якорь в каком-нибудь закутке и допоздна засиживались на корме, под чаёк и весёлые байки. Экологи держались несколько особняком, но иногда принимали участие в общем веселье. Зато художники оказались своими «в доску». Не отставал от народа и корреспондент. Расползались по кубрикам далеко за полночь.
Когда кончалась халявная водка, приходилось ходить в народ.
Так, в Ярославле, случился забавный случай. Огромные очереди у вино-водочных магазинов стали символом тех лет. Толкались в этих очередях отнюдь не одни только алкаши. Вполне приличные и скромные люди вынуждены были вливаться в это безобразие, дабы обрести малую толику стабильности. Ибо водка инфляции не боялась. Самый стабильный эквивалент услуг и товаров. А в нашей бухающей стране, это особо актуально.
Так вот у одного такого магазина монотонно гудела и пульсировала не просто очередь, а плотная живая масса. Просто дойти до прилавка по очереди не представлялось возможным. Водка могла кончиться в любой момент. Но моряки отступать не привыкли. Возвратиться на борт без водки – это значило запятнать себя несмываемым позором. Принимается простое, но рискованное решение. Будем забрасывать «десант».
Матрос Паша отличался особой пронырливостью, его-то и предстояло десантировать. Он снял туфли, вынул из карманов и снял с себя всё ценное. Оставил нам куртку и с сумкой наперевес был водружён нами на плечи. С разбегу мы закинули его прямо на головы толпе. Плотность населения на этом пятачке была такова, что Паша пополз по головам как по болотным кочкам. Народу сия наглость пришлась не по нраву. Слышался бешеный мат и Пашке иногда доставались тумаки снизу. Но, несмотря на протесты, он героически пробивался к заветной кассе.
Мы тоже не стояли без дела, а проводили идеологическую поддержку: «Мужики, пустите парнишку! Морячок из Питера, опаздывает на пароход. Жалко парня, мужики!». На нас, горланивших эти лозунги, многие молча и недобро косились, некоторые откровенно посылали на х…, но находились и добрые души. Сочувственными возгласами они провожали нашего «десантника».
- Хрен с ним, пустите парня. Он же всю водку не скупит. Ползи питерский, попробуй нашей водочки!
То, что морячок был именно питерский, играло немаловажную роль. Питер в нашей стране уважают, в отличие от столицы.
Десантная операция увенчалась успехом с минимальными потерями. Оторван карман и несколько пуговиц. Паша выбрался из толпы помятый, но счастливый, прижимая к груди драгоценную сумку с пузырями. Уж он-то сегодня «оторвётся» по полной программе. Заслужил! Такая десантная операция проводилась не единожды и в разных городах, с небольшими вариациями и разной степенью потерь.
Не экспедиция, а увеселительная прогулка!
Тем не менее, программа исследований была выполнена полностью. Художники собрали богатый материал для своей выставки, а корреспондент накропал несколько очерков и приличную статью для своей газеты. По пути мы сделали небольшой крюк в Рыбинском водохранилище и побывали в Дарвинском государственном заповеднике и Череповце.
Экологи собрали достаточный материал для дальнейших лабораторных исследований. Но и предварительные результаты показали удручающее состояние экологической обстановки. Этого было достаточно, чтобы прервать экспедицию в Чебоксарах, а не продолжать плавание до Казани, как было намечено ранее.
После недельной стоянки в Чебоксарах, где нас радушно встретил один из спонсоров экспедиции "Студия 17", вернулись в Углич. Там экспедиция перегрузилась на катер и вернулась в Москву, а мы налегке отправились домой в Питер.
Все были довольны результатами экспедиции, но расставаться было грустно. Кода выгружали багаж и оборудование, я от себя добавил ещё одну коробку. По доброй традиции, уходящему с борта судна, подсовывают в чемодан какой-нибудь судовой хлам. Вот я и насобирал всякого хламья, от чистого сердца и на добрую память. Дома посмеются и не обидятся на шутку.
Это была моя первая экспедиция, но не последняя. Мне повезло, ведь я участвовал во многих замечательных экспедициях.
Как мы вернулись домой, читайте в заключительной части.
А пока ставьте лайки, подписывайтесь на мой канал и не стесняйтесь писать комментарии.
До встречи.