Любовь, предавшая себя. Глава 69.
В воскресенье с утра Эльмира позвонила матери. Расспросив ее о здоровье, о настроении, она попросила к телефону Алю.
- Привет сестренка! Как дела? Знаю, что не можешь разговаривать. Приходите с Сонечкой к нам вечерком. Поболтаем. У меня есть новости, тебе будет интересно.
- Привет! Подожди, сейчас у мамы отпрошусь. Мама, можно мы с Софьей вечером к Эльке сходим?
- Конечно можно, чего ты как маленькая отпрашиваешься.
- Придем, Эль. Надеюсь новости хорошие?
- С какой стороны посмотреть. Расскажу, когда придешь.
Эльмира была в растрепанных чувствах. Сама не знала, радоваться, либо огорчаться. Она подозревала, что беременна, но не была полностью в этом уверена. Но прошли уже все сроки, груди стали тугие, тяжелые. Беременна, точно. Самат, скорее всего, будет рад. Он с первого дня, с первой ночи заявил, что он хочет сына.
Как маме сказать, Эля не представляла. Мать так и не принимала Самата. В каждую субботу она приглашала их в баню, пекла то треугольники, то кузикмяк. Однако, ни разу не обратилась напрямую к Самату. Она предпочитала говорить: «положи ему треугольник», «передай ему чай», «скажи ему».
Самат боялся матери как огня. Стоило Халиме-апа посмотреть на него гневно-презрительным взглядом зеленых сощуренных глаз, он весь съеживался, вжимался в угол дивана. Эльмира, жалея мужа, садилась рядом, клала руку ему руку на плечо или на колено. Она сама боялась маминого гневливого взгляда, поэтому понимала каково приходится Самату.
Как только молодые уходили, Халима-апа давала выход своему возмущению.
- Посмотрите на него! Принц заморский нашелся. Процедит сквозь зубы: «Здрассте», как будто милость оказал. Вечно сидит как бирюк, молчит. Скрутит свои худые костыли в узел, тонкие ручки на груди сложит. Сидит задумчивый, как министр иностранных дел. Тьфу!
- Мамочка, он тебя боится. Ты же с ним сама не разговариваешь. Ему тяжело приходится, в нашем доме он чужой.
- О чем мне с ним говорить, кто он такой, чтобы я, Халима, тратила на него свой сладкий язык. Запомни дочь, он никто. Он временный муж моей дочери. Сегодня он есть, а завтра нет. Я не я буду, если не разведу их и не заберу свою дочь из этого грязного гнезда.
Альбина не рассказывала сестренке о помыслах матери. О них Эля и сама знала. В день свадьбы она была у мамы. Просила, чтобы та пришла в Загс на запись. Как-то неудобно получится, нет родителей ни с той, ни с другой стороны.
- Мамочка, может все-таки ты согласишься приехать в Загс. Рамазан тебя привезет и отвезет. Неужели тебе не хочется посмотреть, как твоя дочь выходит замуж.
- Посмотреть на свою красавицу-дочь рядом с этой мумией? Ты хочешь, чтобы я залила слезами ковровую дорожку в Загсе? Нечего мне там делать. Ты и сама понимаешь, что не замужество это, а фарс. Когда по-настоящему будешь выходить замуж, я собственноручно отведу тебя в Загс.
- Мама, почему ты так говоришь? Я выхожу за достойного человека своей нации. Скажи, что он плохого сделал?
- Сделает еще, увидишь. От осинки не родятся апельсинки. Нравится тебе его отец? Нет? Так вот, твой Самат копия своего отца. Говорила уже тебе, что он всю жизнь пил и гулял. Работал завскладом, воровал. Но не домой тащил, а непотребной девке. В придачу лентяй высшей категории. Вышел на пенсию, ни одного дня не работал. На нем воду возить можно, а он дома сиднем сидит, газетки читает.
- Мамочка, мой Самат не такой. Он мне помогает, воду носит, дрова колет. Он совсем не похож на отца.
- Ладно, пусть будет похож на мать. Легче стало?
Нет, Эльмире легче не стало. Ее муж никакой работы не видит, это правда. Нужно трижды сказать, чтобы за водой сходил, прежде чем он это сделает. Эле проще самой натаскать воды, чем его уговаривать. Она злится, но все же заставляет Самата, в надежде, что он привыкнет делать хоть какую-то работу по дому.
Еще одна беда. Каждую получку муж приходит пьяный. Родители на это не обращают внимания. Недавно он принес бутылку и поставил в холодильник. Эля увидела это дело, удивилась.
- Самат, что, у нас гости будут, ты почему ничего не говоришь?
- С чего ты решила, милая?
- Бутылка коньяка в холодильнике стоит.
- Ну, стоит и что? У меня всегда раньше бутылочка стояла. Мало ли с устатку выпью рюмочку. А то с отцом в шахматы играем, по рюмочке, второй пропустим.
Что теперь делать? Придется перевоспитывать или наплевать на все и жить, на сколько терпения хватит. Расписываться все равно необходимо. Пусть ребенок родится в законном браке.
Эльмира с удивлением отметила, что рассуждает о своей судьбе как бы со стороны. Ей не больно, не обидно, ей все равно. Будь, что будет. Положено расписаться и от пировать? Сделаем путем! Весело и радостно. Так и вышло, расписались, ели, пили, веселились. Все остались довольны, особенно невеста. Так, по крайней мере, казалось со стороны.
Продолжение. Начало читайте здесь: Глава 1.
Продолжение читайте здесь: Глава 70.