В апреле 1242 года большое войско Ливонского ордена и его союзников на льду Чудского озера сошлось в кровопролитной битве с новгородскими дружинами под командованием князя Александра Ярославича, именуемого Невским. Новгородцы в результате тяжёлого боя одержали убедительную победу и 7 вёрст преследовали бегущего противника по весеннему льду, который начал ломаться под тяжеловооружёнными захватчиками.
Об этом нам ещё с глубоких советских времён неизменно повествуют школьные учебники, талантливо подкреплённые несомненным шедевром — фильмом Сергея Эйзенштейна.
Да было ли Ледовое побоище? Может, побоища-то и не было? «Было!» — хочется крикнуть нам. Но не будем кричать раньше времени.
Что-то, конечно, было. В истории так не бывает, чтобы совсем ничего не было. Ливонский орден в описываемые времена, несомненно, активничал в Прибалтике. Сын владимирского князя Ярослава Всеволодовича Александр, несомненно, приглашался новгородцами. Столкновения были, и много. А вот теперь давайте разбираться в конкретике.
Самый ранний из дошедших до нас источников — Старшая Ливонская рифмованная хроника, составленная в конце 13-го века. Она рассказывает о событии довольно скупо; оно и понятно, удовольствие читающим из числа людей ордена эти строки не доставляли.
Из этого источника мы можем вынести только то, что боевые действия происходили где-то в псковских землях и что сражение закончилось решительной победой русских.
Наиболее подробное описание мы встречаем в Новгородской первой летописи старшего извода: здесь указано место сражения («на Узмени, у Воронея камени») и рассказано о его дате и итогах.
Здесь есть вся последующая классика — дата, лёд, легендарная, всем со школьной скамьи памятная «свинья». Но единственный дошедший до нас экземпляр — Синодальный список — написан около 1330 года (другое дело, что некоторые особенности текста позволяют исследователям считать его воспроизведением более раннего повествования).
Масштабы сражения, традиционно летописцами преувеличиваемые («льда было не видно под кровью») сегодня оценить трудно. Судя по всему, собственно рыцарей Ордена в нём погибло всего несколько человек, плюс какое-то количество (от нескольких десятков до нескольких сотен) рядовых солдат, да союзной ордену чуди, как называли на Руси финно-угорские народности Северо-Запада — «без числа». Потери новгородцев и их союзников (в сражении, вроде бы, участвовали «низовые», т. е. владимиро-суздальские войска во главе с братом Александра Андреем) также трудно оценить.
Сражение было; на льду ли, на берегу ли (Ливонская летопись утверждает, что раненые падали «на траву») — было. Эпизод с гибелью противника подо льдом ничем не подтверждается.
Даже то, что мы более-менее достоверно знаем о событиях того времени в новгородских землях и Прибалтике, заставляет нас предположить, что никакой «решающей» победы, «остановившей агрессию немецких феодалов» не было — был важный, памятный, но частный успех, превзошедший в памяти народной другие по причинам, далёким от своего реального значения.
Дело в том, что «величайшей победой русского оружия» сражение у Чудского озера сделалось задним числом, и на разных исторических этапах приобретало разную окраску.