Одна с медведями.

Я доехала до конечной остановки рейсового автобуса Улан-Удэ – Баргузин и сошла на пыльную дорогу, ведущую в центр поселка. На этом организованная и понятная часть маршрута закончилась. Пошла импровизация.

-А дальше как?, - спросила я водителя автобуса

- 10 км до нац.парка по асфальтированной дороге, и 20 км по грунтовой до берега Байкала. Там есть места для стоянки с палатками.

Я шла под палящим солнцем по пустынным улицам вдоль домов с наглухо запертыми ставнями. В продуктовом магазине узнала, где живет местный егерь Михаил и направилась за информацией.

-Одна? Свисток есть?, - с интересом спросил мужчина

-Одна. Свистка нет, - ответила я

Михаил вынес из дома металлический свисток, протянул его мне и добавил: Медведи в этом году сытые. Еды в лесу полно. Не бойся.

Я держала путь в баргузинскую долину, на берег Байкала, на полуостров Святой Нос. В одно из красивейших и труднодоступных мест Бурятии. Я не знала, зачем именно я туда еду. Но это был тот раз, когда чувствуешь зов сердца и ему следуешь.

Перспектива идти пешком 30 км с тяжелым рюкзаком меня не радовала. Решила стОпить редкие проезжающие машины. Останавливались практически все. В особенности на лесной грунтовой дороге заповедника. Картинка одиноко шагающей по тайге девушки с рюкзаком за спиной разрывала шаблоны проезжающих путников.

-Девушка, куда вы? Не страшно?, - только и слышала я по дороге.

Не страшно. Это же клевое приключение.

Баргузинская долина меня поразила. Поразила своей простотой и невычурностью пейзажей, которые до сих пор стоят перед глазами. Поразила первозданной тайгой, участками пустыни и высокогорной тундры. Поразила темно-синей водой Байкала с волнами как на море.

Я разбила лагерь прямо на берегу озера у подножья Святого Носа. Еды должно было хватить на 3 дня. 

Намеренно встала подальше от отдыхающих компаний. Хотела тишины, молчания. Мне нужно было понять, что делать со своей жизнью дальше. Чем заниматься? Куда двигаться? Порой, чтобы получить ответы на важные вопросы, нужно приглушить эфир, убрать помехи и оставить только байкальский прибой и шум восточного ветра.