Однажды мама отправила меня вместе с бабушкой к стоматологу. Кажется, мне было лет семь или около того. Для настроя и благословения мне был обещан арбуз, но при условии, что я буду стойко держаться, и бабушке не придётся капать корвалол.
По дороге ко врачу я решила взять реванш и заслужить ещё и дыню: сказала бабушке, что вообще одна пойду в кабинет. Бабушка перекрестилась с облегчением, когда за мной закрылась дверь, а я оказалась в кресле по соседству с мальчиком. Сразу заявила доктору, что прямо из кабинета мы идём на базар за бахчевыми, поэтому не будем терять времени, жужжите, тётенька, жужжите. И всё шло отлично, пока мой сосед не завопил истошно на весь кабинет. Врачи стали его успокаивать, подбадривать, говорить всякое. Но как только бор снова жужжал, он возвращался к своей партии, переходя на визг. Это пошатнуло и мою уверенность, от греха я закрыла рот, мысленно простилась с дыней и вызвала в кабинет бабушку. Встав рядом, она начала меня подбадривать, взяла за руку, и мы уже достигали успеха, как мальчик завизжал так, что я решила делать ноги. «Я что, арбузов никогда не ела, — говорю бабушке, — идём отсюда поскорее». Бабушка умоляла одуматься, обещала шальные деньги, лишь бы я открыла рот. Но бабуля явно не понимала: мальчик же не просто так орал?! Он явно что-то знал или что-то ПОНЯЛ, чего я ещё не успела сделать.
И я мысленно плюнула на все арбузы с базара и стала голосить женскую партию в поддержку его фальцету. Так мы и верещали вдвоём на фоне жужжащих боров. Да, я осталась без арбуза, да, бабуле пришлось капать корвалола, но нет, я не жалею: надеюсь, тому мальчику стало менее одиноко и страшно, ведь он был совсем один, а меня держала за руку бабушка. А что может быть хуже одиночества и страха в кресле стоматолога, когда тебе семь.
