Эдуард Тополь - писатель довольно своеобразный, да и личность одиозная. Было время, когда его политические детективы вызывали у публики большой интерес, но сейчас мало кто его читает. Мы не будем вдаваться в подробности его библиографии, это не так интересно. Остановимся только на его совместном автобиографическом романе с режиссером Александром Стефановичем "Я хочу твою девушку". Одна из частей носит название "Русские на Ривьере" и содержит любопытные отрывки, посвящённые еде. Не без самолюбования и снобизма, но интересно.
О бюле - морских улитках будет ещё второй отрывок, а это посвящён устрицам, которые друзья пробуют на Лазурном берегу. Тоже продукт специфический, нравится он не всем, но, как говорят, если втянуться, то оторваться невозможно. Упоминается здесь также и андуйет - французская колбаса из свиных кишок и желудка, вымоченных в вине. Блюдо это в мире не слишком известно и популярно, так как имеет вкус очень "на любителя". Это к разговору о том, что любая кухня, в общем, ведет своё начало из еды бедняков, где в ход шло всё, что было под рукой. Мне андуйет пробовать не приходилось пока, так что опытом поделиться не могу. А вот устриц я ел в Крыму, и это было совсем не плох. Хотя особого восторга я тоже не испытал. В общем, давайте почитаем о чужой красивой жизни из конца 90-х. Ну и поругаем французов за их извращённые вкусы, куда без этого на Дзене.
Таверна – поскольку слово «кафе» тут было так же кстати, как корове бантик, – не отапливалась. Гарсон в мокром фартуке тряпкой смахнул лужу пива с нашего столика и открыл блокнотик.
– Мсье?…
Саша заказал две дюжины королевских устриц, какое-то «бюлё» и графин местного вина. Просмотрев меню и не найдя в нем никакого мяса, я спросил:
– А что поесть? Может, мне хоть рыбу пожарят?
– Давай начнем с бюлё и устриц. К тому же здесь ничего не жарят.
Я с тоской отложил меню. Конечно, я люблю устриц, но не до такой степени, чтобы они заменили тарелку мясной солянки или бараний шашлык. Гарсон исчез. Саша сказал:
– Я должен тебя предупредить. К некоторым блюдам французской кухни надо привыкнуть. Не все сразу могут есть, например, лягушачьи лапки или улиток. Я помню, как в детстве я однажды зашел в магазин и первый раз в жизни увидел маслины. Я их купил, съел и решил, что меня обманули. Я думал, что это должно быть нечто сладкое, как вишня, а оказалось – соленое и отвратительное. Потом я вырос, поумнел, и маслины стали моим самым любимым блюдом. Нечто подобное произошло с одной моей знакомой русской девушкой. Мы пошли обедать в ресторан на холме Монмартр. И из большого выбора блюд из рыбы, мяса и супов она почему-то взяла андуйет. Не знаю почему, наверное, ей просто понравилось название. А андуйет – это рулет из требухи с соответствующим специфическим запахом. И когда ей это принесли, она с отвращением склевала маленький кусочек, а остальное оставила в тарелке и, конечно, осталась голодная на целый день. Со мной, когда я первый раз ел андуйет, произошла точно такая же история. Это было, как сейчас помню, 13 декабря в Париже. В этот день я решил сделать себе, любимому, подарок на день рождения – купить «БМВ». А перед поездкой в магазин зашел в пивной ресторанчик и заказал андуйет. Ничего, кроме чувства глубокого отвращения и законной гордости гурмана-великоросса, я, попробовав это французское блюдо, не испытал. И хотя я потом все-таки купил себе замечательный «БМВ» пятой серии, день рождения у меня был отравлен воспоминаниями об этом андуйете. Но потом я подумал, что, наверное, французы не такие дураки, дай-ка я еще раз попробую. Заказал еще раз, и сейчас это одно из моих любимых блюд.
