Треск свечей возвращал Михримах в детство, когда она ещё будучи ещё совсем ребёнком, слушала пение матушки.
Под этот звук Михримах читала.
Султанша в последние годы, очень любила проводить время за чтением.
Чашка за чашкой кофе и вкуснейший лукум погружали её в блаженство тишины.
Вся суета гарема отступала и она погружалась в иной мир, созданный автором.
- Госпожа моя, вам записка от Сафие хатун, - произнесла рабыня, протянув султанше поднос с посланием.
Михримах недовольно глянула на служанку
- Оставь на столике, я прочту его позже, - произнесла султанша.
Михримах вновь погрузилась в чтение.
Допив кофе, она все же решила прочесть записку.
- О Аллах, как можно было так глупо попасться?, - с негодованием произнесла Михримах.
Написав ответ Сафие, она снова погрузилась в чтение.
Но оно уже не приносило удовольствия.
Подозвав к себе служанку, Михримах потянула ей небольшой свиток
- Назенин, скажи этой несчастной, пусть сжигает все послания, - приказала султанша рабыне.
- Слушаюсь, госпожа моя, - ответила девушка, пряча записку в карман.
- Пусть приготовят карету. Ты поедешь со мной, Назенин, - приказала султанша.
Серое небо словно опустилась на землю.
Туман окутывал карету густыми серыми клубами.
Лес шумел невидимыми птицами.
- Назенин. Жди меня в карете, - приказала Михримах султан рабыне и, выйдя из кареты, скользнула в густой непроглядный туман.
Девушка задремала.
Когда она открыла глаза - на улице уже сгущались сумерки.
- О, Аллах. Где же вы, госпожа моя, - с тревогой произнесла девушка, выглядывая в окошечко кареты.
Но в наползающей темноте, не возможно было что-либо разглядеть.
- Моя госпожа пропала, - с отчаянием прошептала Назенин...
Айше облачали в прекрасный наряд изумрудного цвета.
Девушка светилась от счастья в предвкушении ночи.
- Веди себя очень тихо и достойно в покоях нашего повелителя. Скромность это самое главное украшение женщины, - раздавала наставления калфа. - Если, все пойдёт - как надо. Ты станешь фавориткой. А если понесешь! Госпожой станешь! Помни это, Айше, - моногозначительно добавила Джанфеда.
Айше шла по золотому пути.
Сердце её билось настолько громко, что она не слышала никого вокруг.
Двери в покои шехзаде медленно распахнулись и она, зажмурившись, шагнула в царство ароматов благовоний.
- Как зовут тебя? спросил Мурад, подняв Айше с колен.
- Айше, мой господин, - ответила девушка, не смея поднять глаз на шехзаде.
- Я уже где-то видел тебя, - произнёс Мурад, изучая лицо девушки.
- Я прислуживаю Сафие хатун, - ответила Айше.
- Прекрасно. Мои дети должны с малых лет привыкать к красоте, - одобрительно произнёс Мурад.
- Ну что вы шехзаде. Сафие хатун прекрасна подобно розе. Я, в сравнении с нею, скромный тюльпан, - застенчиво произнесла девушка.
- Ты скромна и умна, Айше. Пойдём, расскажешь мне, кто ты и от куда родом, - произнёс шехзаде, приглашая девушку пройти с ним на балкон.
Ночь уверенно вступала в свои права.
Шехзаде Мурад и Айше сидели на балконе и мирно беседовали.
Периодически раздавался смех обоих.
- Айше, у тебя очень красивые глаза, а губы, подобны лепесткам роз, покрытых утренней росой, - едва слышно прошептал шехзаде.
Айше покрылась румянцем
Дыхание её стало частым и прерывистым от волнения.
Мурад склонился к Айше и, глядя ей в глаза, накрыл её губы своими губами...
Султан Селим яростно кричал на Назенин и извозчика
- Как можно было не заметить в какую сторону ушла ваша госпожа!? - Стража, позвать ко мне Соколлу! Мы все немедленно отправляемся на поиски Михримах султан!, - приказал султан своим людям...
Нурбану наслаждалась теплом, принимая горячую ванну.
Вошла Джанфеда калфа и, подойдя к султанше, доложила
- Госпожа моя. Мне только что стало известно. Пропала Михримах султан.
- Аллах всемогущий!, - недовольно произнесла султанша. - Надеюсь её быстро найдут. Иначе, поползут всевозможные слухи. Все начнут думать, что исчезновение Михримах султан связано со мной.
- Не беспокойтесь, госпожа моя. Михримах султан уже повсюду ищут. Сам повелитель отправился на поиски пропавшей госпожи. Я уверена, что к утру она непременно будет во двореце. Иншалла, - произнесла Джанфеда калфа.
- Аминь Джанфеда. Пусть мне принесут тёплого молока, - приказала султанша калфе.
Выйдя из ванной, султанша не находила себе места.
Нурбану злилась.
Только этого ей не хватало!
Михримах султан явно что-то затеяла!
Когда же она наконец покинет дворец и её жизнь!
- Госпожа, ваше молоко, - произнесла рабыня, представ перед султаншей с подносом.
- Оставь его и позови ко мне Сафие хатун, - приказала султанша и, сев на диван, горько выдохнула. - О, Аллах! Молю тебя! Пошли мне знак...