Судьба комбрига Маслакова.Приказ командарма.Часть2.

Воцарившееся безмолвие до неприличия затянулось. Тишину кабинета нарушала матушка-природа. По оконному стеклу монотонно барабанили крупные дождевые капли. Непрерывно катившиеся вниз струйки справляли тризну по загубленному, широко известному в конармии герою. Гость потеряно молчал. Вероятно собирался с духом для дальнейшей исповеди, а может сбивал в кучу рассыпавшиеся по полу, будто горошины, сокровенные давно угнетавшие его мысли. Под тяжестью тела заскрипел венский стул. Словно очнувшись, посетитель виновато глянул на писателя, Карпенко молчал. Ради Бога, прошу Вас, не жгите меня взором, я и без того несу тяжелое наказание. Знаете ли, как мучит горечь сожаления, жить не дает. Десятки лет нет покоя, тлеет моя неприкаянная душа. Прерывисто, с захлебом вздохнув, он продолжил рассказ дальше... Заканчивалась гражданская война. Пребывая в среднем командирском звене, мне более года пришлось служить в ДОНЧОНЕ. Как-то летним вечером, неожиданно поступил приказ срочно посетить командующего Северо-Кавказским военным округом. Теряясь в догадке вызова к высокопоставленному лицу я озабоченно поднимался на второй этаж по мраморным ступеням лестницы. Но вот и приемная командарма. После принятого рапорта, жестом короткопалой руки, Ворошилов указал на один из стульев. Его, видимо, мучила ангина. Поглаживая больное горло, Климент Ефремович говорил тихо, кратко и по существу. Обрисовав сложившуюся в крае военно-политическую обстановку, он перешел к сути вопроса, по поводу чего я сюда вызывался. В присутствии заместителя командующего, М.К. Левандовского, мне поставили очень непростую задачу. Приказ гласил буквально так: моему кавалерийскому подразделению надлежало установить точное место нахождения банды Григория Маслакова, с последующим пленением или полным ее истреблением. Раздвинув шторы, скрывающие крупно масштабную оперативную карту региона, командарм острием указки ткнул в квадрат, где базировались непокорные возмутители спокойствия. Отданные распоряжения солдаты беспрекословно выполняют и я, тогда еще молодой краском, исключением не являлся. На вопрос, что не ясно? Последовал лаконичный ответ - все понятно. Замечательно, растягивая слово на слоги и глядя на оконную штору, задумчиво подытожил Ворошилов. Если вопросов не имеете, тогда, батенька, в путь, время дорого, служба не ждет. Желаю вам удачи...