Гул кораблей, громыхание нефтеплатформ, гомон рыбаков и моряков – антропогенный шум наносит вред не только морским животным, но и, как впервые выяснилось, растениям тоже: средиземноморская трава Posidonia oceanica, чьи шары выкатываются на берега, а плоды похожи на оливки (итальянцы их так и называют: l’oliva di mare, «морские оливки»), из-за шумового загрязнения испытывает проблемы с крахмализацией, гравитацией и микоризой.
Десять лет назад биоакустик Мишель Андре из Политехнического университета Каталонии (Испания) вместе с коллегами выяснил, что головоногие моллюски страдают от акустических контузий из-за низкочастотного шума. Органов слуха у них нет, но есть статоцисты – органы равновесия, которые, впрочем, иным кальмарам могут обеспечивать и слух. Статоцисты ощущают вибрации волн, как и человеческое внутреннее ухо, которое интерпретирует их как звук. «Это полностью изменило наше видение и наш подход к шумовому загрязнению», – шепчет Андре. Статоцисты есть у многих морских беспозвоночных – у моллюсков, ракообразных, иглокожих, стрекающих, гребневиков. А это значит, что антропогенные звуки могут влиять и на многочисленных безухих существ!
У таких существ, как растения, нет ни ушей, ни статоцистов, зато есть статоциты – клетки, обеспечивающие гравитропизм (такие клетки, например, расположены на кончиках корней), – а в них статолиты, специализированные плотные амилопласты (крахмальные органеллы), оседающие в нижней части статоцитов. Эти чувствительные к гравитации штукенции регулируют врастание сухопутных растений в почву, а морских трав – в донный грунт. И все это общее «стато-» вдохновило ученых на эксперимент с посидониями: как морская травка отреагирует на шумные вибрации?
У себя в лаборатории Андре и коллеги подвергали посидоний различным искусственным низкочастотным звукам, от 50 до 400 Гц (типичный диапазон для антропогенного шума), по два часа в день транслируя их в направлении резервуаров через громкоговоритель, после чего разглядывали статоциты корешков и корневищ в электронный микроскоп. Так вот, за пять шумных дней уровень крахмала в амилопластах корневищ стремительно упал, что весьма прискорбно, ведь крахмал – это запасенная энергия. Кроме того, грибковые симбионты, обычно помогающие растениям добывать питательные вещества, стали потихоньку отказываться вступать в микоризный симбиоз с корнями посидоний!
Все это удивительно и заставляет задуматься. Морские травы, особенно посидонии, забирают из атмосферы уйму углекислоты, преобразуя ее в крахмал, и со временем накапливаются на дне слоями, на тысячи лет запирая углерод в матах толщиной несколько метров. Если шум влияет на крахмализацию, то это непременно скажется на связывании углерода в глобальных масштабах, а значит, усилит парниковый эффект. Итог понятен: гибель человечества в жарких объятиях тотального потепления. И это лишь начало. «Нет причины полагать, что и другие растения не страдают от шума», – шевелит губами Мишель Андре. «Все равно слышно! Замолкни!!!» – визжит в ответ нервозный кактус.
__________
Текст: Виктор Ковылин. Научная статья: Communications Biology (Solé et al., 2021). Почитайте также о том, есть ли у растений слух.