Художник, мысли которого я буду телепать, не должен быть назван. Он может обидеться, если я их не угадал. А его работу я должен продемонстрировать, чтоб быть конкретным в нашем с ним не совсем заочном споре.
Сделаем уменьшение, чтоб одним взглядом на экране охватывать глазом всю эту вещь.
Чувствуете ЧТО-ТО?
Автор говорит, что чувствует и что это эстетическое переживание гармонии мира типа сезанновского.
А теперь я, знающий секрет сезанновского мира, но пока о нём молчащий, сделаю эксперимент. И справа от подлинника поставлю преобразованную копию.
Чувствуете, что справа сезанновское ЧТО-ТО пропало?
Автор говорит, что чувствует.
Что я сделал? – Сделал, чтоб дальний край стола слева и справа от палитры составлял одну прямую линию (были две, параллельные). Убрал тень от палитры, падающую направо (а то был разнобой: тень от вазы падает же налево.). Сколько мог, наклонил к зрителю овалы на вазе, чтоб они соответствовали взгляду на стол почти сверху (раньше взгляд на вазу был почти сбоку, а на стол почти сверху).
В чём наши разногласия?
Я говорю, что нарушение геометрии Сезанн вводил от крайнего разочарования во всём Этом свете (что предполагает наличие у него подсознательного идеала вообще метафизического иномирия, странности, образом которого и являются перечисленные странности «текста» картины). А у автора это же есть результат талантливого подражания Сезанну. Как Максим Галкин говорит голосом Черномырдина, скажем.
А автор говорит, что ему мир Сезанна нравится своей гармонией (ещё чуть – и она б оказалась нарушенной, но этого не случается, и получается сезанновская гармония). Автор не признаёт ни существования подсознательного идеала, ни что бывает у людей такое странное мироотрицающее мироотношение. Это ему даёт возможность оставаться во мнении, что он – чистый эстетик, и что никакие события в мире на него не влияют.
И он имеет, на что опереться в своём заблуждении. Ницшеанцам (у которых такой запредельный нигилизм, что аж немыслим для большинства), да и вообще всем художникам их подсознательный идеал не дан их сознанию. То есть им не известно, что их вдохновляет и как получается то, что у них получается в итоге. Бог, - думали раньше. Эстетический талант, - думают теперь. Идей мой автор в себе не осознаёт. И остаётся искренне аполитичен. Создаёт искусство для искусства. Мол.
А меня он понимает совком, для которого в основе творения лежит идея, в эту минуту забывая, что совки не оперировали понятием подсознательный идеал (мало ли каким тот окажется, если его признать, вдруг не марксистко-ленинским). Попросту я зануда для него.
Да и для большинства – тоже: ну что это за копание в различиях в третьей тут по счёту репродукции? Что за сверхтонкость? – Тьфу!
11 августа 2021 г.