Хмурым октябрьским утром 1702 года, у шведской крепости Нотебург к крутому берегу одна за одной причаливали лодки с русским десантом. Накануне, после длительного артобстрела, убедившись в неэффективности орудийного огня, царь Петр Первый отдал приказ о начале штурма. Высадившийся на бывший Ореховый остров русский десант оказался в очень тяжелом положении.
Штурмовые лестницы оказались сильно короче крепостных стен, а небольшая кромка берега не позволяла атакующим рассредоточиться, и небольшой шведский гарнизон наносил большие потери осаждавшим его войскам. Видя, что штурм фактически захлебнулся Петр Первый отдает приказ десанту отступить от крепости, предпочтя взять её в длительную осаду. Однако один из офицеров, командовавших штурмом, М.М.Голицин вестовому, который принес приказ к отступлению ответил: “Передай государю, что я теперь не Петров, а Богов!” и отступать отказался.
Более того он приказал оттолкнуть от берега лодки, на которых высадились его люди, чтобы никто не мог покинуть острова, и лично повел на штурм своих солдат! Вскоре русским войскам удалось захватить пролом в стене, образовавшийся в ходе артобстрела, и шведский гарнизон принужден был сдаться. 11 октября 1702 года, основанная еще новгородцами в XIV веке крепость “Орешек”, была отбита у шведов (которые пользуясь слабостью русского государства в Смутное время, захватили её в 1612 году). И это был звездный час полководца Михаила Михайловича Голицына - одного из лучших военачальников Петра Великого.
Михаил Михайлович был родом из древнего княжеского рода Гедеминовичей, старомосковской семьи служилых бояр - Голициных. На службу он поступил в формирующийся Семеновский лейб-гвардии полк в 1687 году, будучи двенадцати лет отроду, первая должность - полковой барабанщик. Офицерский чин получил спустя 7 лет службы, по тем временам, что называется, задержавшись в солдатах. В последующем, памятуя как он сам тянул солдатскую лямку, Михаил Михайлович будет уделять особое внимание нуждам обычных солдат. Так свою первую крупную царскую награду, за взятую крепость Орешек-Нотебург о которой говорилось в начале, князь Голицын разделил среди своих бойцов, по тем временам неслыханное дело!
Царь Петр при всей своей противоречивости, и не любви к семье Голицыных (Василий Голицын был фаворитом сестры царя - Софьи, которая хотела отстранить Петра от престола), толкового командира заприметил, и в последующем давал различные сложные задания, с которыми Михаил Михайлович и верные ему гвардейцы-семеновцы справлялись с честью.
В сражении при Лесной 9 октября 1708 года авангард Михаила Михайловича атаковал шведский отряд, и хотя шведы, стоявшие лагерем, успели худо-бедно перестроиться, все же не выдержали напора семеновцев и преображенцев и бросив часть знамен и артиллерию отошли к основным силам. В последующем завязался упорный, затянувшийся до позднего вечера бой, в ходе которого солдаты не однократно возвращались к обозам, пополнить патроны. Ночью шведы бросили половину своего обоза, а также своих тяжелораненых и оставили позиции. И если Петр Первый побед при Лесной называл предтечей Полтавской виктории, то действие гвардейцев под командой М.М.Голицина стали началом победы при Лесной.
Крайне довольный действиями гвардии в битве при Лесной царь Петр предложил князю Голицыну в награду просить все что тот пожелает, на что Михаил Михайлович попросил государя смилостивиться над воеводой Репниным, который за свои неудачи накануне был разжалован в рядовые. Царь свое обещание выполнил и восстановил Репнина, пикантность же ситуации заключалась в том, что Голицин и Никита Иванович на дух не переносили друг друга. В тоже время князь отдавал должное военному таланту Репнина, и посчитал своей обязанностью посодействовать восстановлению ценного для русской армии кадра.
В Полтавском сражении после разгрома основных сил Карла XII Михаил Михайлович со своими гвардейцами преследовал отступавших шведов и принудил генерала Ливенгаупта сдаться. При этом князь Голицин использовал военную хитрость - для того, чтобы шведам казалось, что их преследуют значительные силы, он приказал разредить строй и подключить к атаке коневодов. Это подействовало и шведские генералы, после небольшого совещания приняли условия русских, правда сдачу принял подоспевший мастер пиара Александр Меньшиков, забравший лавры пленителя неприятеля у Голицина.
Но самый главный звездный час для Михаила Михайловича наступил в январе-феврале 1714 года, когда состоялось последнее крупное сухопутное сражение в Северной войне - битва при Струкюру. Окрыленный успехами компании 1713 года Петр Первый спросил у князя Голицына может ли его армия воевать зимой, чтобы выбить шведов из Финляндии до того, как к ним поспеет подмога? Михаил Михайлович ответил, что русский солдат может все! И отдал приказ готовиться к зимней компании. Князь начинал свою службу простым солдатом, и он отлично понимал, что успех предприятия зависит от того, насколько хорошо к нему будут готовы его бойцы. Потому, для зимнего похода он приказал отобрать добровольцев при том, самых опытных, самых здоровых и закаленных. Второе что он сделал, это подсмотрев у местного населения, поставил солдат на лыжи и одел их в теплые полушубки, которые носили автохтоны. Финны, которые не одну сотню лет были под владычеством шведов сперва смотрели на русских весьма скептически, однако пожив некоторое время бок о бок с русскими солдатами, прониклись уважением к лучшим качествам нашего народа - смекалке, доброте, и в конце концов вызвались помочь выбить шведов со своей земли. Идея Михаила Михайловича заключалась в том, чтобы разбить главные силы шведов используя маневр.
В тоже время командующий войсками Швеции на этом театре военных действий - Армфельт хотел дать бой русским, используя преимущества местности перекрыв главную дорогу, которая в это время года становилась единственной транспортной артерией. Его отряды встали лагерем у селения Струкюру, в месте, где естественные складки местности прикрывали фланги. Трое суток шведы жгли костры ожидая подхода главных сил русских. Князь Голицын понимал преимущество позиций Армфельта, также как и то, что атаковать шведов в лоб самоубийственно. Помогли финны. Проводники из местных вызвались показать тропы для того, чтобы выйти шведам во фланг. В то же время Михаил Михайлович приказал четырем драгунским полкам выстроиться перед шведским фронтом так, чтобы создать видимость что русские принимают условия боя шведов. А сам, с основными силами выдвинулся совершать фланговый обход.
Появление со стороны непроходимого, как считали шведы, леса русских войск стало для Армфельта полной неожиданностью, однако он быстро оправился, и бросил свою пехоту на разворачивающиеся колонны гвардейцев Голицына. Шведская пехота не даром считалась лучшей в Европе, делая залп за залпом батальоны Армфельта приближались к русским, последний залп производили с убойного расстояния - нескольких метров, но русская пехота не дрогнула, и шведы вынуждены были откатиться. Их атакующий запал разбился о ледяную несокрушимую волю русского солдата. Офицеры предлагали Михаилу Михайловичу броситься в контратаку, но тот медлил. Шведы же, зализав раны вновь принялись атаковать русские ряды. И лишь спустя несколько шведских контратак Михаил Михайлович отдал приказ атаковать неприятеля коннице. Большие сугробы в это время в Финляндии не позволяли эффективно использовать все преимущества кавалерии, и лишь когда шведы в ходе своих контратак утоптали снег, князь Голицын решил ввести в бой свою конницу. По утоптанному снегу русские всадники сумели набрать, необходимую для мощного удара скорость и шведы дрогнули. После поражения под Струкюру шведский король в конце концов вынужден был оставить финские земли, Россия прочно утвердилась на Балтике, а князь Голицын в очередной раз подтвердил свой статус великолепного полководца.
К сожалению, после смерти Петра Первого князь Голицын, далекий от политических амбиций позволил втянуть себя в политические интриги, и когда, после недолго правления Екатерины Первой шли переговоры с Анной Иоанновной, он выступил на стороне Тайного совета. После воцарения новая императрица нарушила все соглашения с тайным советом, ограничивавшие её власть, а его членов подвергла репрессиям, в том числе и Михаила Михайловича. И тем не менее князь Михаил Голицын навеки вписал себя своими победами в неугасающий зал славы русского воинства.