Обустраивал старую могилу матери.
Выложили новый цоколь с оградой, гранитную плиту установили взамен треснутого надгробья… Получилось неплохо на мой скромный вкус, отвергающий всякие могильные изыски, массивные монументы.
И вот стою у могилы, довольный сделанным, а на душе все равно неспокойно.
Ох, боюсь, недолго продержится без всякой защиты эта отделанная, убранная могилка.
А что? И мусор будут сваливать, как бывало уже не раз, и плиту с материнским именем могут раздолбать, такая низенькая ограда разве кого остановит...
Но тут мои житейские страхи пошли еще дальше. А вдруг приду сюда как-нибудь, а родной могилы уже нет. Поставят на этом месте высоченный памятник какому-нибудь крутому покойнику, члену всяких там важных комиссий, советов, корпораций – и, поди, добейся чего-нибудь против такого великана. Им и на кладбище всё можно...
А то и вообще зачистят всю эту пристань мертвых, чтобы начать какой-нибудь очередной масштабный проект – воздвигнуть здесь, скажем, торговый центр, рынок, ночной клуб... – Да у нас всё возможно, даже на кладбище. Сунут тебе под нос какое-нибудь важное постановление: что, дескать, в целях улучшения, повышения, освоения эта территория изымается… И иди ищи для покойников справедливости.
Всегда найдут что сказать, на что сослаться – если землица понадобится.
Живых-то особо не жалуют, а уж про мертвых что говорить. Они ни в один приоритет государственный не вписываются.
Нет, думаю, надо все же на всякий случай что-то предпринять, делать как в миру водится. Установить, скажем, видеокамеру у могилы, тут как раз деревцо поблизости стоит, и еще обязательно табличку повесить «Объект охраняется»…
Не уверен, что это поможет, но хоть так. А что я еще могу сделать? Предложить организовать голосование на кладбищах? Не хоронить в нашей земле иностранных агентов? Ну, чтобы признали своим, защититься как-то в этой жизни...
Правильно Александр Блок писал: «Покой нам только снится». Даже тут, среди могил.