Советская пропаганда старательно пыталась убедить всех, что настоящие воины должны быть серьёзными, ответственными, политически подкованными и т.д. Между тем, в реальности они во все времена были больше похожи на героя Леонида Быкова ефрейтора Свата из фильма «Аты-баты, шли солдаты». Тот на дух не переносил все манёвры, шагистику (да и дисциплину в общем тоже), но готов был, не задумываясь, отдать жизнь за Родину. Таким же был и герой русско-японской войны Василий Рябов.
Простой пензенский мужик
В 1871 году в семье крестьянина Тимофея Рябова родился сын Васька. Это было рядовое событие, новых звёзд в ту ночь на небе не загоралось, и никакие волхвы в пензенскую деревню Ивановка не приходили. Рос мальчишка тоже, ничем не отличаясь от сверстников: рано приучился к работе, но и пошалить любил.
Рядом раскинулись леса, поэтому отец брал паренька с собой на охоту и тот с годами отлично усвоил искусство маскировки. Когда настало время, Василий пошёл в армию, отслужил сколько было положено и вернулся домой. Военная форма не сотворила с ним никакого чудесного преображения. На родину он вернулся таким же балагуром и дебоширом, каким и был.
Неудивительно, что и женившись Василий Рябов не стал примерным семьянином. Трезвым устраивал всякие чудачества, пьяным и вовсе становился опасным. Супруге нередко приходилось чувствовать на себе его тяжёлую руку. У отца Рябов однажды свёл со двора корову, продал, а деньги пропил. Словом, его биография едва ли когда-то могла появиться в серии ЖЗЛ.
Когда в 1904 году началась русско-японская война, Рябов как резервист был призван в 284-ый Чембарский пехотный полк. С учётом искусства маскировки и хороших навыков стрелка он был зачислен в так называемую охотничью команду (что-то среднее между снайперами и разведчиками).
Службу Рябов нёс ответственно, а вот в свободное время не переставал дурачиться и там. На привалах или в минуты отдыха на передовой он любил изображать японцев, копируя их манеры, жесты и мимику. Получалось настолько достоверно, что однополчане буквально катались по земле от смеха.
Подвиг Василия Рябова
А вот ход войны с каждым месяцем становился всё более печальным. После поражения под Ляояном русскому командованию отчаянно требовались разведданые с вражеской территории. Тут-то и родился у Рябова смелый план – проникнуть за линию фронта, выдав себя за китайского крестьянина. Ему добыли халат, как у местных, деревянные башмаки, соломенный головной убор, сделали накладную косу, перекрестили и отправили к японцам.
Дерзкая операция почти удалась. Рябов довольно быстро разведал всё, что было нужно, и уже возвращался к своим, когда японский офицер потребовал от встреченного китайца напоить его коня. Проблема была в том, что языка пензенский крестьянин, конечно, не знал и поэтому замешкался. Желая проучить нерасторопного китайца, офицер схватил его за косу, а она оторвалась...
О том, что произошло, русские могли бы не узнать никогда, однако спустя несколько дней разъезд оренбургских казаков увидел приколотое к одинокому дубу, стоявшему на нейтральной территории, письмо. Если верить подписи, его оставил неизвестный капитан японской армии.
В письме сообщалось при каких обстоятельствах проникший 14 сентября 1904 года на вражескую территорию 33-летний Василий Рябов был пойман, судим и приговорён к расстрелу. Помимо сухих фактов капитан описал и поведение русского солдата во время казни. На вопрос, имеет ли он что сказать, Рябов ответил: «Готов умереть за Царя, за Отечество, за Веру». На предложение передать что-то своим, он попросил: «Расскажите, как всё было». Потом помолился и стал на отведённое ему место.
Свой рассказ японский капитан завершал выражением сочувствия этому «истинно храброму и преисполненному долга» солдату, а также пожеланием русской армии воспитывать побольше таких «достойных полного уважения воинов, как означенный рядовой Рябов».