Типичный адвокат из небольшого российского города – это бывший сотрудник органов старше 40 лет, который в основном занимается делами по назначению. Такой обобщённый портрет составила социолог Екатерина Ходжаева из Института проблем правоприменения. Для этого она опросила более 700 защитников из 44 регионов – и те рассказали, что думают о нарушении своих прав, как взаимодействуют с адвокатскими палатами и чем зарабатывают на жизнь. Результаты исследования анализирует «Адвокатская улица».
ПОРТРЕТ АДВОКАТА МАЛОГО ГОРОДА
Социолог изучила ответы 728 адвокатов из населённых пунктов численностью до 300 тысяч человек. Исследование проведено при поддержке проекта «Голос адвоката», телефонный опрос адвокатов выполнен компанией Synopsis.Group. Он охватывает 44 региона, при этом из перечня были исключены Чечня, Крым и Севастополь – по мнению автора, в этих регионах работа должна быть проведена отдельно «в силу специфики сложившегося там правового поля».
"В средней и малой России работает значительная часть адвокатов – по моим оценкам это где-то 17–20 тысяч. Здесь же живёт примерно половина россиян – и судится. И эти люди вовлечены в оказание помощи своим доверителям в этих населённых пунктах", - рассказывает автор исследования Екатерина Ходжаева.
Почти половина респондентов работает в форме адвокатского кабинета. Гендерный баланс в адвокатуре средней и малой России обходится без особых перекосов: мужчин больше, но ненамного (61,4% в малых городах против 58,3% по всей стране). При этом лишь 22% опрошенных адвокатов оказались моложе 40 лет, а каждый пятый опрошенный – человек пенсионного возраста (60 лет и старше). «Важно отметить, что по сравнению с общей федеральной статистикой мы получаем более “возрастную” выборку в малых городах. Здесь также меньше адвокатов со стажем до пяти лет: среди всей адвокатуры их 21%, а у нас – 13%. То есть это люди опытные и возрастные, которые давно в профессии, – говорит Екатерина Ходжаева. – То ли потому что молодёжь уезжает и строит свою карьеру в крупных городах. То ли молодёжь в малом городе не идёт в адвокатуру, не видя для себя каких-то рыночных перспектив».
Интересно, что адвокатура как первая занятость – «нетиповой карьерный трек» для средних и малых городов. «В нашем опросе адвокаты в подавляющем большинстве получили статус далеко не в начале профессионального пути: лишь 14% респондентов пришли в адвокатуру сразу после вуза», – говорится в исследовании.
Среди опрошенных адвокатов 67,8% имеют опыт работы в правоохранительной системе, а 16,7% – в судебной. Екатерина Ходжаева отмечает, что здесь важно обратить внимание на пожилой возраст адвокатов – бывших правоохранителей – особенно по сравнению с потоком, приходящим в адвокатуру из судебной системы, и с количеством «новичков».
ИССЛЕДОВАНИЕ «АДВОКАТЫ В “СРЕДНЕЙ И МАЛОЙ” РОССИИ»
Очевидно, это связано с завершением этапа карьеры в первом случае, и с её развитием и началом – во втором. Для большей части бывших правоохранителей адвокатура – это вторичная занятость после достижения пенсии по выслуге лет. В то же время переход из аппарата суда в адвокатуру происходит чаще после получения высшего образования и/или осознания слабых шансов на судейскую карьеру.
Адвокатов из средней и малой России можно характеризовать как «домоседов»: подавляющее большинство опрошенных (91%) не меняли членство в палатах после получения статуса. Вне зависимости от того, живут респонденты в региональном центре, в небольшом городе или в сельской местности, две трети ведут профессиональную деятельность по всему региону. А 44% опрошенных работают и в других регионах.
Защитник из города Серова (Свердловская область) Юлия Максимова указывает, что мобильность адвокатов зачастую ограничена возможностью доверителей оплатить сопутствующие расходы. «Получить документы и участвовать в судебном заседании онлайн можно только в арбитражных делах. А по всем остальным категориям дел необходимо личное присутствие, – поясняет Максимова. – В основном люди стараются найти защитника именно в том городе, где будет следствие. Потому что им это по расходам гораздо проще, чем если я 10 раз съезжу на следственные действия в Екатеринбург или другой регион».
В целом адвокаты средней и малой России не считают себя чересчур занятыми – лишь 13% называют свою нагрузку высокой.
Треть опрошенных считает её низкой, более половины – нормальной. «Коронавирусные» ограничения ещё больше сократили нагрузку для трёх из пяти адвокатов. Впрочем, у трети опрошенных ничего не изменилось – и лишь у 5% опрошенных во время ковида нагрузка выросла. При этом адвокаты отмечают, что в пандемию значительно снизилась платёжеспособность населения. «Все денежные средства уходят на потребление каких-то бытовых нужд, – говорит Юлия Максимова. – Как правило, даже по гражданским делам мы редко выходим в суд. Потому что люди тянут до последнего, так как нет денег».
ВЗАИМОДЕЙСТВИЕ С РЕГИОНАЛЬНЫМИ ПАЛАТАМИ
Практически все адвокаты поддерживают связь с палатой. Так, почти 80% респондентов отметили, что получают информационные рассылки, имеют возможность пройти обучение или принять участие в научных семинарах. Четверо из пяти указали, что только за последний год получали консультации и советы палаты, а 12% – поддержку при нарушении прав. Лишь десятая часть опрошенных никак не взаимодействует с палатой. По словам Екатерины Ходжаевой, чем больше опыт работы у адвоката, тем больше вероятность, что он является или являлся членом совета или комиссии палаты: «То есть у нас в адвокатуре руководство рекрутируется в основном из более опытных коллег».
Продолжение на сайте «PLATFORMA.MEDIA»