Привокзальных район в Ташкенте самый, в каком-то смысле, неузбекский: населённый сто лет назад пришлой русской бедното, в Гражданскую он был известен как Крепость Рабочих и Красная Цитадель. Ключевую роль тут сыграли рабочие железнодорожных мастерских, ныне это Ташкентский тепловозоремонтный завод, раскинувшийся у вокзала по ту сторону железной дороги: с мятежа здесь началась советская власть в Туркестане, удержавшая Ташкент даже в 1918 году, когда его со всех сторон окружали басмачи да белые, а в самом городе разгорелся контрреволюционный Осиповский мятеж.
Краешек завокзальной промзоны:
За железной дорогой Ташкент совсем другой - одноэтажный, непарадный, "зачуйлинский" (от канала Чаули - первой границы застройки Ново-Городской части куда ближе центру), и в эти кварталах он похож не на махалли Старо-Городской части, а на обычный южный город Российской империи - какой-нибудь Николаев, Мариуполь или Феодосию, но никак не столицу далёкого и чуждого Туркестана:
Районы за железной дорогой имели свои названия, где-то по дачам купцов (Первушка, Тезиковка), а здесь - и вовсе Сарыкулька по давно переименованной улице. В глубине этих кварталов у Ферганского тракта (Фаргона юли) запрятан ещё один русский храм, или вернее целый женский Троице-Никольский монастырь. Фасад его выходит на широкую улицу 8 Марта, но вход - из тихой улочки с прямо противоположной стороны:
Обитель зародилась в 1894 году без какого-то особого повода - просто даже здесь к тому моменту набралась та масса русских людей, чтобы среди них нашлось достаточно желающих уйти в монашество. Честно говоря, не знаю, была ли эта обитель первым монастырём Туркестана. Впрочем, община оставалась маленькой и бедной, до революции не успев построить практически ничего, кроме жилого корпуса с домовым храмом, куда успели, впрочем, привезти несколько святынь. Активнее обитель строилась в 1990-е годы, и хотя возродили её под изначальным названием Троицкой, новый храм освятили Никольским:
Здесь тоже достаточно людно и, как часто бывает в женских монастырях, почти что приусадебный уют:
Никольский собор больше всего удивил меня своей формой, которую я тут же прозвал "храм-ангар" - не знаю, почему его построили так, но по-моему смотрится интересно:
В общем, жизнь русской общины Ташкента идёт своим чередом, и по сравненю с российскими церквями в этих одиноких храмах в глубине мусульманской стороны всё как-то человечнее и добрее.
и