Однажды в Норвегии работы долго не было, и я подписался на ФРГ. Немецкая фирма пообещала туркменам найти в Каспийском море все законсервированные в советское время нефтяные скважины. Не знаю, почему они были закрыты, может, мало было нефти, или она там не той системы. Но туркменам надо было все, что хоть немного горит. Поэтому мы оказались там.
Какой-то рыболовецкий кораблик, очень раздрыганный и старый. Из Института рыбного хозяйства в Астрахани. Вышли в море, отошли подальше от родных берегов, и началось.
Раз пошли на дело я и Рабинович!
Выбросили трал и начали браконьерить. Долго ползали. Может, сутки. Достали оттуда только несколько осетровых детенышей поменьше килограмма, и немного кильки. Да. Каспийское море. И этот улов был фатальным для нас. Потому что жратвы на судне почти не было, и расчет был только на осетра. Кто там в этом институте остался, что даже не смог вывести нас на приличную рыбную банку? Рыбаки, мать их!
Пошлепали в Туркмению, доедая по дороге то, что еще было на судне, и осетрят заодно. Пришли. Вроде бы, порт Туркменбаши, точно не помню. Но сам Туркменбаши там был, на огромной скале. Щеки еле на скалу вмещались. Ждем власть. И она пришла. Открыла дверь и влетела в нашу каюту.
- Так! Все быстро сдали по двести! Я вам выдам документы, и по ним вам дома все оплатят. Иначе вас в 24 часа депортируют обратно!
Власть в синем мундире с кучей желтых нашивок. Щеками даже того Баши переплюнул. Сзади – молодая женщина. Тоже в синем и голубом, и с галстуком. Но внешность у нее такая, что, похоже, на работу ее взяли не для работы, а для чего-то другого. Типа Гюльчетай. Морды у обоих крайне суровые.
Помнится, когда-то в Голландии я сам заплатил за визу. 35 евро. Не слабые у них здесь цены. И вообще, я не люблю такой напор, поэтому их обоих сразу просто послал. А один из нас, довольно рассудительный, спросил:
- Чего по двести?
Этот вопрос ввел власть в полный ступор. Видимо, своих тугриков он не хотел, а как называются другие валюты, просто не знал. Бывает. Сзади мелькнул наш начальник рейса, и увел их куда-то. Правильно. Ведь злые и голодные геофизики могли с этой властью что-то сделать. Ну, с девкой, известно что, а жирного мы бы просто поджарили на камбузе. Есть уже очень хотелось.
Покричали они там, в коридоре, и власть исчезла. И нам даже выдали аванс. Была куплена еда, сигареты, и даже то, что булькает. Еще купили нужную нам переноску с множеством дырочек. На судне даже этого не было. Китайскую.
Кабель к магнитометру у меня длиной километр. Надо отмаркировать его через 100 метров. Но на этом кораблике нам не развернуться. А на берег не выйти. На выходе стоит туркмен (уже тощий) в нашем военном ватнике и с нашим автоматом. Охраняет границу. То ли они там боялись нашего тлетворного влияния, то ли боялись за своих Гюльчетай. Купили мы его за пачку сигарет, и он открыл нам границу. Заметьте на будущее: все они там продаются за пачку сигарет. Дешево. Разобрались с кабелем, заправились, и ушли на работу.
В район работ пришли быстро. Вчерне собрали свою технику, решили проверить. Мой магнитометр и главный на сегодня локатор бокового обзора. Акустический прибор с дорогущей антенной, которая устанавливается на конце длинной трубы, опущенной в море. Включили переноску на мостике, и принесли розетки в наш закуток. Включили технику, но она еле моргала. Зато по всей переноске пошел густой дым. Горим!
Выключились, потушили. Разобрал я переноску. Розетки нормальные, а жилы в проводах – тончайшие волоски. Упругие, и почему-то черного цвета. Все 220 вольт остались не в нашей технике, а на этих волосках. И случился пожар. Я бы засунул ее китайцам в задницу, но боюсь, она туда не влезет. Больно длинная.
На кораблике нет ни метра нормального провода! Идем с механиком по кораблю. Это что? Еще один маленький холодильник? Он тебе сейчас на кой? Кусаю провода, и делаю из них новую переноску.
Трубу с антенной опустили. От ее конца две растяжки из троса: на бак и на корму. Чтобы не отломилась. Чувствую недоброе. Десять метров трубы, все-таки.
Магнитную аномалию я быстро подсек. Потом еще раз. И мы вышли на скважину. Эта их акустическая железяка все видит. Скважина. Огромные, наверное бетонные блоки. Троса от них, лежащие на дне, и еще даже не заиленные. Видимо, растяжки для основной трубы. Да что там! Мы увидели даже судно на дне! Корпус, мачта, надстройки. Только все черно-белое.
Все успешно. Забрал на борт магнитометр. И мы рванули на следующую точку. Рванули круто, узлов 10, наверное. Но рвали недолго. Чего я и боялся. Напор воды превратил стальную трубу в струну, и она запела. Но пела недолго, не струна все-таки. Лопнула. Было трудно поставить еще две растяжки от середины трубы?
Дорогую антенну мы рассвинячили. Об корпус судна. И работа наша закончилась. Идти в Туркмению бессмысленно, там нам больше ни доллара не дадут. Надо домой. Почему-то хотят в Дагестан. А там сейчас черт-те что творится. Туркменская власть к нам пришла невооруженной, и мы ее послали. Дагестанская может прийти с автоматами, а у нас – только паяльник. Сообразили, и пошли в Астрахань.
На подходе к Астрахани уже лед. Встали, ждем ледокол. Жрать уже нечего. Горючки нет, на остатках дай Бог дойти до дома. Электричество дают только на приготовление еды, и на саму еду. Экономят горючку. Успеваем, зарядить мобильники, ведь после еды корабль полностью умирает. Мертвый холодный корабль, даже без аварийного освещения. Аккумуляторы, видимо, давно проданы и пропиты.
Холодный кофе без сахара с древней пересоленной сухой килькой на веревочке. Украл где-то в закутке. Кто-то лазил по трюмам, и нашел морковку. Изображает из себя зайца.
Появился супчик. Со странными полосками, похожими на очистки картошки, только черными. Потом догадался. Если мясо долго висит в морозилке, оно чернеет. Нормальные люди срезают эту черноту и выбрасывают. У них она осталась в морозилке, и из нее здесь теперь варят суп.
Полетели все, находящиеся на борту. Темные проходы корабля теперь постоянно заполнены людьми, которые бредут со своими мобильниками в туалет или обратно. Простите меня за такие интимные подробности, но так было, и мы это пережили. В тучные нулевые, кстати.
Туалета, кстати, тоже не было. Горшки, забиты под завязку уже давно, ведь воды для слива тоже нет, насосы выключены. Ведро на веревочке – вот наше счастье. Потом постараться попасть этим ведром между льдин, и как-то освободить его.
Поджелудочная давно взвыла. Постоянное ощущение, что тело туго стянуто огромным полотенцем. Это именно поджелудочная. Залезаю под все свои тряпки, чтобы согреться, и стараюсь там не умереть.
Сейчас мне тяжело писать, хотя это было уже давно. Добрались мы до Астрахани, и даже бесплатно. Хотя с нас хотели содрать деньги за ледокол. Чувствую, если бы капитан не так сработал, нас бы оставили там умирать. Во льду Каспийского моря. Тучные нулевые.
Когда я дома уже пришел в себя, мне позвонили из Германии. Дама из руководства фирмы, и даже слегка говорящая на русском языке. Она пригласила меня на следующие работы. Но я все понимаю. И понимаю, что не астраханские рыбачки виноваты в таком результате работы. Виноваты были подрядчики. Вот эта дама из фирмы тоже. Ничего не сделали, ни в чем не разобрались, технически работу не подготовили, и даже исполнителей толковых не нашли.
Деньги они уже мне перевели, так что я был свободен для выражений. И я абсолютно интеллигентно постарался этой даме объяснить, сколько раз, на каком месте, и каким способом я их всех…это…ну, вы меня понимаете?
Ведь я еще хотел, и сейчас еще хочу жить.
Все.
.....
P. S. Интересный факт. Мои разборки с Дзеном привели к тому, что меня таки начали показывать в Ленте. Но почему-то именно одну эту, особо не примечательную статью. Из более, чем пятисот моих материалов. Придется мне помочь дорогой редакции, и дать вам, для начала, эту выборку.
Если понравится, буду рад. И подберу еще что-нибудь.
Заметьте. Я за свои публикации мзду не беру. Просто пишу для всех вас. Читайте, ставьте лайки, или дизлайки, но главное - говорите со мной в комментариях. И подписывайтесь, если что.
Прошу вас.