Обзор книги (2009)
Великий немецкий поэт родился в 1797 году в Дюссельдорфе. Он влюбился в юности в собственную кузину, но безответно и очень долгие годы страдал по ней, посвятив сборник стихов под названием "Книга песен" с преобладанием в нём любовной лирики. Затем в итоге женился в достаточно зрелом возрасте на молоденькой крестьянке, чьё обучение он полностью финансировал, так как она была малограмотной. Познакомились они в Париже, куда лирик в итоге переехал в 1830 году.
Он оказался также дальним родственником Карла Маркса по материнской линии, и они дружили по-настоящему вплоть до его кончины в возрасте 58 лет. Поэт вместе с философом придерживались одинаковых взглядов.
Генриха с полной ответственностью можно назвать не только талантливым поэтом, но и критиком романтизма и публицистом с рядом статей жанра сатиры и фельетонов, с которыми ему удавалось мастерски справляться.
Цикл стихов поэта "Страдания юности" посвящен мучениям автора и его печали, грусти, нежеланию жить из-за безответной любви и нежеланию подчиняться "мишурному свету": "Мне снился франтик - вылощен, наряден", "Бежал я от жестокой прочь", "Сон и жизнь", "Моей матери", "Дон Рамиро", "Печальный" и т.д.
Сборник его лирики "Возвращение на родину" вновь посвящен несчастливой любви, душевным терзаниям автора, тоске по родине и красотах её природы ("В этой жизни слишком тёмной", "Печаль, печаль в моём сердце", "Когда мне семью моей милой", "Что нужно слезе одинокой?", "Хотел бы в единое слово"). В это время сердце лирика полно воспоминаниями о потери возлюбленной, когда он внезапно встречается с её семьёй, проходя мимо её дома, где она когда-то клялась ему в любви.
Патриотизм в лирике поэта
В стихотворении "Ты помнишь, и мы были дети" поэт вспоминает игры в курятнике с сестрой Шарлоттой. Произведение его "Германия. Зимняя сказка" является своеобразной политической поэмой. Действия в ней происходят осенью-зимой 1843 года. Прощаясь с обожаемой женой, автор на время уезжает из Парижа в Германию, сильно соскучившись по родине и матери, которую не видел 13 лет! В родной стране он был под впечатлением пения под арфу девочкой старой песни. Генрих мечтал про новый земной рай, когда всем будет хватать хлеба. Таможенники безуспешно пытались отыскать у лирика запрещенную литературу.
Первым он посетил город Аахен, где зашел в древний собор. На улицах этого города царила хандра. Он встретил ничем не изменившихся военных и поэту не нравился герб одноглавого орла. Вечером автор прибыл в Кёльн, который считал городом гнусных святош и попов, отрицательно повлиявших на немцев. Поэт считал правильным недостройку Кёльнского собора благодаря появлению Лютера с протестантизмом. Он думал, что данный собор в итоге превратится в конюшню.
Затем Гейне вёл беседу с рекой Рейн, отождествляя водоём с образом старца. Даже переехав во Францию, он оставался коренным немцем и так и не смог превратиться в иностранца, француза. Между его родиной и Францией пролегала незримая граница, которую лирик всегда остро чувствовал. После он приехал в Гаген, где подкрепившись, выехал из города в почтовой карете, вспомнив, как в молодости напивался и засыпал под столом. Карета въехала в Тевтобургский лес, где прусский князь Герман в 9 веке до нашей эры победил древних римлян, иначе в Германии царили бы непременно латинские нравы. В том лесу карета внезапно сломалась, и пока кучер убегал за подмогой, наш герой был окружен волками и говорил без страха стае, что он и сам волк по своей натуре.
Переночевал поэт в достаточно неуютной крепости в Миндене, где ему показалось, что он находится в заточении. Всю ночь ему снились кошмары. Затем днём он прибыл в Ганновер, где осмотрел достопримечательности чистого города. Потом лирик отправился домой в Гамбург, где уклончиво отвечал на материнские вопросы про жизнь, Францию и политику. Ушел от ответа на её вопрос, где ему лучше, в Париже или же на родине?
За год до его приезда город Гамбург пережил сильный пожар, который уничтожил многие здания и дом, где поэт впервые в жизни поцеловался, а также ратушь, биржу и типографию. В результате 20 000 человек остались без крова. Уцелел только один банк.
Затем автор вместе со своим другом, издателем Кампе поел устриц и выпил рейнвейна. Напившись, лирик решил "подцепить" какую-нибудь красотку и увидел, прогуливаясь по ночному городу, полную женщину, как говорится "кровь с молоком" и с красным носом. Она напомнила ему про невозвратность прошлого, распутстве Франции. Дамочка предлагала лирику навсегда остаться в Германии. Незнакомка оказалась почитательницей его литературного таланта, представившись богиней, покровительницей Гамбурга Гамонией, но он ей не поверил, направившись с ней в мансарду. Там они ещё долго разговаривали, попивая чай с ромом. Поэт поделился с ней, что очень скучал по матери с сестрой и по родине тоже.
Отрывок из поэмы "Германия. Зимняя сказка"
Глава 1
То было печальной осенней порой,
Когда день мрачней становился,
Безжалостно ветер срывал всю листву,
А я в путь-дорогу пустился.
Когда до границы добрался,
В моей Так сильно груди застучало.
Почудилось мне, словно даже в глазах
От слёз моих мокро вдруг стало.
Когда я услышал немецкую речь,
Внутри что-то зашевелилось.
Казалось, довольно приятно так кровь
Из сердца как будто сочилась.
Я слышал, как девочка с арфой поёт,
Так искренне пела, без фальши.
Хоть голос не очень, но тронут я был
Игрою такой глубочайше.
А пела она про любовь и печаль,
Про чувства все, что там витают
В небесном миру, самом лучшем из всех,
Страдания где исчезают.
И пела она о страданьях земных,
О счастии, столь скоротечном,
О мире ином, там где души всегда
В блаженстве купаются вечном.
И пела она отречения песнь,
Ту песнь колыбельную неба,
Баюкают ею народ, коль ворчит...
Я знаю мелодию эту и текст,
И авторов знаю породу,
Я знаю, что пьют они тайно вино,
А всем проповедуют воду.
Хочу сочинить я вам новую песнь,
Друзья, песнь другого расклада!
Небесное царство прям здесь на земле
Устроить давно всем нам надо.
Хотим быть счастливыми мы на земле,
Не жить лишь о пище мечтами.
Транжирить ленивому чреву нельзя,
Что люди создали руками.
Достаточно хлеба растёт там внизу
Для каждого дитяти Бога.
И розы, и мирты, поля и луга,
Горошинок сладких так много...