Если ты пишешь какую-нибудь фантастику, то все просто - герой выдуман с нуля и находится в полном твоем распоряжении. У тебя есть на него все права, так что смело отправляй его в гущу событий, ставь в нелепые ситуации или подыгрывай безбожно. Твое право.
Если ты пишешь историческое полотно с персонажами из реального прошлого, тут тоже все понятно. Основная канва уже намечена за тебя самой историей, тебе остается предлагать свои трактовки известных событий да выписывать психологические нюансы. Буйной фантазии развернуться негде, но зато прорабатывать тему вглубь никто не запрещает.
А вот если ты берешься за роман в жанре альтернативной истории, то возникает интересная коллизия. Твой герой может быть реальным лицом - воином, князем, политиком, поэтом. Но в определенный момент ты переводишь локомотив истории на параллельные рельсы и там уже открывается поле для самых занятных экспериментов.
События, которые тебе предстоит описывать, никогда не происходили, все это плод твоей фантазии. Но герой ведь все равно остается реальным. Так можешь ли ты творить с ним все, что угодно? Есть ли у тебя такое моральное право?
Вот взяли товарищи Лазарчук и Успенский знаменитого поэта-акмеиста Николая Гумилева и отменили его расстрел. Выхватили его магическим образом из-под чекистской пули, наделили сверхъестественными способностями и сделали агентом тайного ордена "Пятый Рим". И скитается он теперь по страницам романа "Посмотри в глаза чудовищ...", занимаясь разной конспирологией и противостоя козням рептилоидов.
Насколько это соответствует образу реального Гумилева? Обрадовался бы Николай Степанович, узнав, что по воле неведомых ему авторов стал орудием мировой закулисы?
А в книге "Спасение Романовых" Алексея Колмогорова от расстрела в Ипатьевском доме счастливо избавлено уже целое семейство - граждане Романовы, еще недавно бывшие монаршей фамилией. Избавлено от смерти, но тут же ввергнуто в череду весьма суровых испытаний.
И бредет это семейство, сбивая ноги, по дремучей сибирской тайге, попадая в разные переделки - то страшные, то нелепые. Как вам, например, предложение бывшему императору, который инкогнито живет в небольшой деревеньке, сыграть вождя мирового пролетариата в местной революционной постановке? И Николай всерьез готовится к этой роли, примеряя на себя образ Ленина.
Тут, кстати, оскорбленными себя могут счесть и монархисты, и коммунисты. И той, и другой категории читателей такой поворот сюжет покажется кощунственным. Или не покажется? Ведь на то она и литература, чтобы смело взламывать рамки и задевать больные места.
Если честно, тема очень спорная. И какого-то определенного ответа мы сейчас предлагать не будем. Наоборот, было бы здорово, если бы вы в комментариях поделились своим мнением.
Кстати, книгу "Спасение Романовых" можно купить вот здесь по ссылке в электронном виде, почитав предварительно фрагмент.